Только монстр

Эдмунду Оливеру предначертана совсем иная гибель и точно не сегодня.

«У нас нет на это времени», – с раздражением подумала Джоанна. Стоять здесь, посреди лабиринта, где люди Ника могли появиться с любой стороны в любое мгновение, было невыносимо. Поэтому она торопливо пояснила: – Тот юноша, человек. Он убил Люсьена, а затем и твоего отца. Теперь его соратники заняли все поместье и охотятся на нас.

– Нас?

– На монстров, – сказала Джоанна и тут же вспомнила, как Эдмунд называл ее выродком, полукровкой. Внезапно ей захотелось закричать.

Захотелось схватить Аарона за рубашку и потащить его прочь отсюда. Но лишь он знал путь из лабиринта. – Послушай, моя семья тоже мертва. Бабушка. Они все… – голос оборвался. – Они все погибли. То же самое произойдет с нами, если мы сейчас же не выберемся из парка. Охотники придут и убьют нас.

Аарон уставился на лежащего без сознания мужчину, на его татуировку в форме оскаленного волка, которая отчетливо чернела на коже затылка.

Джоанна не знала, о чем думает спасенный ею юноша, так как не видела его лица.

После длительной паузы он проронил:

– В южном саду лежали тела Иветт и Виктора, – каждое слово звучало медленно, точно не желало выбираться на волю откуда-то из глубины. – И на подъездной дорожке. – Аарон поднял голову, внимательнее рассматривая Джоанну, и нахмурился: – Ты что, в аварии недавно побывала?

Она заморгала и опустила глаза, окидывая взглядом свою одежду, о чем тут же пожалела. Все платье пропиталось кровью бабушки и теперь казалось жестким.

– Ты ранена? – спросил Аарон.

– Нет, – ответила Джоанна и только потом вспомнила о порезе от меча Люсьена.

Ну, не так уж все было и серьезно. Во всяком случае, хотелось на это надеяться. Она достала из кармана найденный телефон и переданное бабушкой ожерелье, после чего начала снимать платье.

– Ты что делаешь? – с легким ужасом спросил Аарон.

– Нельзя разгуливать повсюду в одежде, покрытой кровью, – пропыхтела Джоанна, стягивая запятнанное платье, а заметив шокированный взгляд юноши вздохнула, показывая на велосипедки и топик: – Я же не голая.

– А, – только и сумел выдавить Аарон, который так и стоял с напряженным лицом.

Она скатала платье в ком и засунула его под корни живой изгороди рядом с бесчувственным охотником. Можно считать это посланием: «Дорогой Ник, это я вырубила твоего человека. С любовью, твоя Джоанна».

– Так как отсюда выбраться? – поинтересовалась она, закончив.

Аарон указал вперед.