Только монстр

С улицы проникал свет фонарей, но за деревьями уже ничего не удавалось рассмотреть.

– Будь настороже, по ночам полицейские патрулируют парк с собаками, – предупредил Аарон.

– Откуда ты знаешь?

– Тебе действительно требуется удовлетворить любопытство именно сейчас, или мы все же продолжим спасать свои жизни? – нахмурился Аарон.

Джоанне хотелось резко ответить, что ей вообще не слишком нравится компания того, кто бросил ее на верную гибель, но он был прав: не следовало просто стоять и болтать там, где их в любой момент могли настигнуть.

– Идем к озеру Серпентайн, – предложила Джоанна: луна, отражаясь от поверхности воды, давала достаточно света, чтобы не спотыкаться на неровной земле, не используя при этом фонарики на телефоне.

– Собаки не смогут нас выследить через водную преграду.

– Мы не поэтому… – начала было Джоанна, но замолчала, чтобы не спорить, хотя надменные манеры Аарона постоянно провоцировали такое желание, и вместо этого коротко бросила: – Просто идем.

Они шагали в полном молчании.

Носки на ногах девушки быстро пропитались росой, но так было даже лучше: физический дискомфорт позволял отвлечься от душевной боли, побуждал сфокусироваться на настоящем, помогал оставаться мыслями здесь, в парке, а не возвращаться к недавним событиям снова и снова. Не думать об обмякшей на окровавленной постели бабушке. О мертвых людях, распростертых среди цветов. О том полном боли стоне, который издала Рут, когда в нее вонзился кинжал. О перекошенном лице Ника, произносящего предупреждение: «Я без колебаний убью, если ты снова начнешь похищать время у людей». Замерзшие и промокшие ноги отвлекали от всего этого.

Когда неяркий блеск озера Серпентайн, вдоль изгибов которого они пробирались через парк, оказался позади, Аарон коснулся руки спутницы, делая знак остановиться.

– В чем дело? – прошипела она.

Кусты в этом месте росли особенно густо, почти как в лесу. Плеск близкой воды доносился из темноты за спиной. Несмотря на физическую активность, Джоанна дрожала от холода и шла, обхватив себя руками в попытках согреться.

Она успела испугаться, что Аарон хотел сообщить о погоне, хотя сама ничего не слышала. Рана на боку все еще кровоточила, судя по уже привычному ощущению влажного тепла. Однако казалось не слишком хорошей идеей промыть ее и замерзнуть еще сильнее.

– Ты ранена, – прошептал Аарон.

– Что? – переспросила Джоанна, жалея, что не может рассмотреть его лицо в сумраке.

– Ясно по тому, как ты двигаешься.