Потерянные в Нигде

Александр крикнул, шутя, зная, что его услышат:

– Ну, я сейчас ему задам!

В ответ из ванной послышались довольное хихиканье и закрывание ящиков.

Самым сложным было посмотреть на себя в зеркало. Тёмные волосы, серые глаза… Это был несомненно он, хоть и на пять лет моложе. Смотреть на себя в зеркало было мучением – ведь только это не давало забыть о том, что же произойдёт позже. О том, кто тому виной, и о том, что Александр сам сейчас на самом-то деле находится в другом месте.

Это же надо! Столько раз проживать один и тот же день, и каждый раз бояться малейшего своего отражения, чтобы вновь не осознать то, что всё вокруг ненастоящее! Пора бы уже привыкнуть.

Сейчас он приведёт себя в порядок и зайдёт на кухню, где младший с аппетитом лопает кашу, но вскоре радостно захлопает в ладоши, когда увидит заветную коробку с бантом.

– Корабль! Это корабль! Ура! – И растеряется от радости: не будет знать, кого обнять первым: родителей или прижать к груди давно желанный подарок, в итоге броситься всё же к родителям… Александру достанется несколько секунд объятий детских ручек.

Из-за этих объятий он будет возвращаться в этот день не раз.

– Папа, открой! – Нервный голос ребёнка, который не может добраться до сути подарка. – Ух ты! Смотри, это от корпуса! А это окна в каюту!

Александр молчал и улыбался – он знал, что вскоре этот корабль (остатки от него) он найдёт под обломками крыши, раскопает под пеплом и сохранит, чтобы оставить хоть какую-то память о сыне.

С обломками этого корабля он будет бродить по разрушенному дому с чувством ненависти к самому себе.

Вновь оказавшись в своём жалком настоящем, Александр смахнул слёзы, встал с кровати, спустился в подвал дома, открыл заветную комнату, включил свет и долго-долго смотрел на макеты кораблей, которые собрал сам. Они стояли, словно в музее, по стеллажам. Жаль, что когда-то он не разделял увлечений сына. А теперь же каждый из них посвящал ему.

– С днём рождения, сынок!

Официанты тоже люди, а людям свойственно ошибаться

Кафе.

Снова любимый столик, любимый мягкий диванчик и никого больше. Никаких косых взглядов коллег по работе, никаких перешёптываний за спиной, никакого начальства. Наконец-то!

Августа приходила сюда каждый день в обеденное время, чтобы побыть одной, – ведь когда люди вокруг незнакомые, то их словно нет вовсе.

Это кафе было для неё чем-то большим, нежели просто местом, куда она приходила пообедать.