Свет над выходом погас

Когда присоединилась Аиша, то я думал она поможет. А она девочка тупая и ветреная. И двух слов связать не может. Только на шею вешается и улыбается во весь рот, – спокойно рассуждал Мята, задумчиво дёргая бровями в такт словам. – И тут появился ты.

Линхён глубоко вздохнул и нетерпеливо осмотрелся.

– Ну, короче, – быстро продолжил Мята, – ты отлично знаешь Частный сектор. Знаешь, где там какая улица и так далее. Раньше мы скрывались на местной заброшке, которая на соседней улице… – вопросительно посмотрел на Лина и кивнул.

– Я не знаю, где это, – строго ответил странному вопросу Линхён и скрестил руки на груди.

– Ясно. В общем, место это сейчас закрыли. Девочка на прошлой неделе там ногу подвернула на лестнице. Не наша. Но благодаря ей мы лишились убежища, – с обидой в глазах говорил старшеклассник. – Хотя, честно, мне оно не особо нравилось. Милиция в Центре работает, к сожалению, на ура!

– Вандализмом занимаетесь что ли? – холодно перебил Лин, скосившись на один бок.

Мята сначала удивился, а потом опять рассмеялся. Руки у него стали махать в воздухе. Щёки покраснели. Глаза пьяно скосились на носу.

– Нет-нет, – начал он сквозь смех. – Прости. Я что-то забылся.

Следующая пауза оказалась тяжёлой. Линхёна охватила паника. На секунду показалось, что в туалете они не одни. Мята даже бросил равнодушный взгляд в сторону кабинок, чтобы удостовериться в приватности беседы.

– Мой папа наркоторговец… – шёпотом признался Мята и нагнулся к своему новому другу ближе.

Лина словно пробило маленьким, но сильным ударом тока. Он отстранился и почти ударился о раковину. Мята продолжил, будто даже не заметил поведения младшего:

– Ну и я подворовываю у него. Ребята платят мне за дозу. А я коплю на то, чтобы свалить из Бардова, когда выйду из школы.

Линхён отрицательно покачал головой и тихо заговорил:

– И ты хочешь, чтобы я нашёл вам какую-нибудь заброшку в Частном секторе, так как там менты не появляются?

– В яблочко, новенький, – радостно буркнул Мята и хотел было уже хлопнуть Лина по плечу, как тот отстранился и всё-таки ударился о край раковины.

– Нет, – молниеносно ответил Линхён.

– Что значит нет?

– Мой отец был наркоманом. Мне хватило нескольких лет жизни рядом с ним и его сумасшедшим поведением. Я весь исполосован его психами в моменты особо ярких галлюцинаций.