Древние города

А на деле оказалось, что взрослая жизнь – это необъяснимые, мощные эмоции, накрывающие с головой. Это возможность танцевать под Буймишем с тем, кого любишь. Это бешеная, яростная свобода, возможность уйти ото всех и сидеть с любимым человеком под боком огромного робота-дракона и чувствовать на своей талии его руку.

Взрослая жизнь – это возможность любить и быть любимой.

И это Мэй нравилось! Это очень сильно нравилось!

Потому она улыбалась в темноте и, с трудом переводя дыхание, глядела на Люка.

Люк молчал.

Загадочно улыбался и слегка сжимал ее руку. Мэй заговорила лишь тогда, когда сердце успокоилось и перестало выскакивать из глотки.

– Что теперь? – тихо спросила она.

Люк задумчиво почесал подбородок, хмыкнул и бесцеремонно заявил:

– Я тебя люблю. По-настоящему. Не по договору. Ты сводишь меня с ума, светловолосая Мэй.

– Мог бы и не говорить. Это и так ясно. Я тоже втрескалась в тебя по самые уши. Мы сошли с ума, да?

Люк засмеялся, прижал Мэй к себе и проговорил с явной хрипотцой в голосе:

– Ты все еще хочешь уйти в Плавающие дома?

– Я не уйду от тебя, Люк.

Видимо. Даже думать об этом не могу. И я хочу летать на драконе, слышишь, Люк?

– Отлично. Я тоже хочу, чтобы ты летала на драконе.

– Но! – Мэй подняла указательный палец и потрясла им в воздухе. – Я не собираюсь целыми днями сидеть в ваших этих палатках и прясть шерсть. Не собираюсь доить мьёков и пасти их. И не собираюсь рожать каждый год по ребенку. У твоей мамы сколько детей? Семеро? Я даже имен столько не смогу запомнить.

Люк засмеялся. После проговорил:

– Остановимся на пятерых.

– Сидеть с ними в палатке я не стану, не надейся. Дракон, который выведется, будет мой. И я привяжу своего первого ребенка к себе в рюкзачке или сумке и полечу. Слышишь? Даже если у нас будут рождаться только девочки – они все будут летать на драконе.

– Отлично! Мэй, это же отлично! Что может быть лучше такой женушки? А ткань нам и мои сестры наткут. Главное, что мы будем с тобой летать.

– Мы точно сошли с ума, сидим тут и обсуждаем наших будущих детей. А мне еще нет и семнадцати Буймишей. Отец меня отругает и назовет дурочкой…

– Твой отец и сам вовсе не так ровно поглядывает на мою мать, я видел. Гляди, как бы на следующий год твой отец не станцевал ритуальный танец с моей матерью. Ничего не бывает зря, поверь.

– Тогда мы оба с ним будем сумасшедшими. Но отец точно не пожелает летать на драконах. Он не того склада.