Пустыня Всадников

Погибший дракон немало горя принес какому-то Городу. Небось надеялся устроить нападение и поживиться чем-нибудь на стенах. То ли энергетическими камнями, то ли еще чем. А его подбили. И поделом.

О Всаднике-ребенке даже и думать не хотелось. Этот поганец скрывается где-то в лесах, несет с собой драконье яйцо, будущую машину. А отец желает догнать и отобрать это яйцо…

И тут Мэши осенило. Ну конечно! Отобрать, оставить Всадников без боевой машины! Забрать плату себе и самим вырастить дракончика. Это действительно было бы здорово…

Но радость тут же потухла.

В Городах нет Живого металла. Этой драгоценностью теперь обладают только Всадники и тщательно берегут в тайне его местонахождение. А без этого невозможно вырастить большого дракона. Что получится из яйца, если его активировать? Такая же мелюзга, как лека?

Ведь леки не растут без металла, какими были мелкими, такими и остаются. А кто его знает, что бы из них выросло, если бы они могли пить Живой металл, а не только подзаряжаться энергией из энергетических камней? Вдруг бы превратились в большие машины и тоже смогли бы летать? Вот тогда бы и посмотрели, на чьей стороне оказалась сила…

Отец шагал вперед, торопливо пробираясь сквозь частые заросли.

– Куда мы забрели? Он что, шагал прямо по говну? – хмуро пробурчала Мэши, обходя очередную приличную кучу коричневого цвета.

– Кучи недавние. А вот и стадо. Стой на месте. – Голос отца стал тихим и напряженным.

Прямо перед ними на широкой прогалине, медленно переступая, паслись узкоголовые ящеры. Небольшие, рогатые, с толстыми, крепкими ногами. Небольшие – это всего лишь полтора отцовского роста. На Эльше бывали ящеры и покрупнее.

Они не нападали на людей, но и не особо смотрели, что там у них под ногами. Такие затопчут и сами не поймут, на что наступили. То ли на человека, то ли на гору собственного навоза.

– Вот он, Всадник. Вернее, их двое, – еще тише проговорил отец и плавно, чтобы никого не спугнуть движениями, повел рукой.

Мэши повернула голову. Сразу за деревом, к ней боком, стоял крупный представитель номусов – так называли этих рогатых и носатых – и обрывал ветви, медленно их пережевывая. А на дереве, на узкой развилке, сидели два мальчика, черноволосые, смуглые, худые. Совсем еще маленькие, может, лет по шесть.