Бумеранги. Часть 1

Джил кричала. Джил бесилась. Джил не хотела стать подобной ему, но брошенные Артуром семена всё-таки проросли. Именно Клейн научил её изворачиваться, подгонять любую теорию под эксперимент, предавать, унижать, покупать и дорого продавать информацию… Чёрт! Да она олимпийская чемпионка по прыжкам через законы! И вот, он здесь.

– Что-то не вижу белых голубей, – наконец произнесла она.

– Птичий грипп бушует, – откликнулся Клейн, пока откровенным взглядом ласкал стройные женские ножки. Старый сукин сын.

– Итак, чем могу помочь? – Она скрестила на груди руки и откинулась на спинку кресла, о чём мгновенно пожалела, когда позвоночник чуть не переломился.

Господи! Не кресло, а пыточная.

– Думаю, ты знаешь, что мои люди готовят проект закона. Хотим ограничить работу нефтяников…

– Безнадёжно, как и семь лет назад, когда мы с вами спорили об этом в коридорах Конгресса, – отрезала Джил и машинально потёрла ладонь. Сегодня та ныла удивительно противно. Вздохнув, Джиллиан продолжила: – Ничего не изменилось.

Республиканцы впустую кричат со своих мест и стараются удержать акции на приемлемом уровне, а нужные вам демократы трусят, шипят и плюются ядом, который заведомо сцедили с «зелёных». Вы зашли в тупик, Артур. Стоит вам только заикнуться об этом законе, как нефтяные гиганты начнут четвертовать вас ещё на лестнице у Капитолия.

– Нам нужен этот закон. Он гарантирует увеличение нагрузок на атомные станции, что приведёт к новым заказам на их строительство и выгоде моего клиента.

Клейн впился в глаза Джиллиан высушивающим взглядом, и его надменное лицо приобрело ещё более недоступное выражение, пробудив калейдоскоп не самых приятных воспоминаний.

Именно так Артур смотрел в том коридоре, когда она отказалась трахаться бог знает с кем ради очередного закона. И, похоже, ничего не изменилось. Клейн всё такой же: начищенный, наглаженный и совершенно невыносимый.

Джил отвернулась, проигнорировав партию в устрашающие гляделки. Скучно. Девочка давно выросла.

– При чём здесь я?

– Нам нужно частное лицо, которое наладит контакты с демократами, а ты дружна со многими.

И тут Джил искренне рассмеялась.

– Мистер Клейн, я прекрасно понимаю, как вы радеете за интересы клиентов. Но я лоббист, а не гейша. Уговаривать через постель конгрессменов изменить партии, дело высокообразованных шлюх, а не моё.

Игла достигла цели.

– О’Конноли, – тихо окликнул Алекс, призывая к порядку и уважению.

– Без вариантов, мистер Клейн, – она покачала головой.