Инсинуации

Чувствуя, как дикий румянец заливает щёки, Элис судорожно гадала, почему Риверс не сбросит чёртов звонок. Зачем он слушает откровенно оскорбительный текст? Возможность сделать то же самое и прервать пытку самостоятельно благополучно ускользнула от напрочь перепуганного сознания мисс Чейн. Она даже не знала, способна ли вспомнить своё имя, не то что пошевелиться под вымораживающим стеклом взгляда, который лоскут за лоскутом живьём срезал с неё кожу. В голове вообще не осталось каких-либо связных мыслей. Ни одной.

И… О боже, разумеется, профессор прекрасно понял подтекст дурацкой детской бравады!

Но вот, показавшееся маленькой пыткой время вызова вышло, мелодия прервалась, а чувство стыда выросло до размера Импайр-Стейт-Билдинг. Риверс пошевелился и убрал телефон в карман брюк, а Элис боязливо подняла глаза, скользнув взглядом по вновь идеально наглаженным стрелкам, закатанным рукавам белой рубашки и двум расстёгнутым верхним пуговицам. Лицо профессора казалось спокойным, но взглядом можно было забивать гвозди.

И, увы, он смотрел прямиком на Элис, отчего ей почти наяву послышался стук молотка по крышке гроба. В бесцветных глазах металась такая буря, что впору было прикрывать руками голову и читать заупокойную. Но Элис лишь вздёрнула подбородок и почувствовала, как из-за волнения на висках выступила испарина. И тут Риверс открыл рот, чтобы впечатать каждое слово в воспалённый мозг наглой Эл.

– Пятница. Четыре часа дня. Ваша консультация, мисс Чейн. И в следующий раз потрудитесь ответить на звонок, чтобы мне не пришлось вас искать по всем злачным местам Бостона.

С этими словами профессор развернулся и направился куда-то в сторону кампуса Маклорена, оставив позади себя музей ледяных фигур.

Элис часто заморгала, борясь с неожиданно подступившими слезами и глотая воздух. Дерьмо. Господи, ну в какое же дерьмо она снова вляпалась! От пережитого стресса резко бросило в пот. Как глупо всё вышло, как некрасиво. Она оглянулась то ли в поисках поддержки, то ли просто желая удостовериться, что это ей не приснилось.

Оттаявшие однокурсники успешно делали вид, что всё в порядке и от греха подальше даже не пытались разобраться в ситуации, тихо радуясь пролетевшей по касательной опасности. Никто не хотел злить Риверса.

– Ты же, вроде, писала работу у Хиггинса? – удивлённо спросил Тед, чья сила духа была непотопляемой.

– И продолжаю, – машинально кивнула Элис, всё ещё смотря вслед удаляющейся прямой спине.