Птица и охотник

Разрубленные тела людей или только их головы…

Кто он такой? Что делает здесь, в Свободных Побережьях? Вдруг он убийца? Есть же такие люди. Они не могут жить без убийств. Им это необходимо, они так получают свое собственное добро. Таким людям хорошо на войне, а если войны нет, они просто рыщут по дорогам и убивают бродяг, нищих или одиноких людей. Вот и этот – такой же убийца… а вдруг он присмотрел для себя Нок?

Чувствуя, как зубы выбивают дрожь, девушка стянула с себя юбку. Юбка – слишком нарядная одежда для уборки зала Корабельного двора.

Надо надеть темно-синие, немаркие шаровары и голубую тунику. Косы она после переплетет. Солнце поднялось уже очень высоко, и мама Мабуса наверняка будет ругать ее за такую долгую отлучку. А что она ей скажет? Что ей выпало три солнца на костях ведуньи, а после кости сошли с ума и все в хижине загорелось? И это все из-за нее, Нок?

Хамусу в Линне все знают и все боятся. Ругать девушку за то, что она ходила к ведунье, мама Мабуса сильно не станет.

Но что сказать о предсказании? Ничего себе, улыбка судьбы… Перевернутая тренога, пожар. И Незнакомец в довершение всех бед. Чтобы всем так судьба улыбалась, дери его зменграхи!

Нок, резко дергая гребнем, расчесала длинные концы кос и выскочила из комнаты.

Еж и Малышка домывали зал, скребя полы щетками изо всех сил. Сурово поджав губы, у выхода на улицу стояла мама Мабуса. Глаза ее сверкали ярче коралловых бусин, а сведенные к переносице брови сливались в одну густую полосу, черную, точно угли, что выгребает из печи по утрам повар Тинки-Мэ.

– И где это ходила моя Нок с утра? – громыхнула она, и Еж, вздрогнув, втянул голову в плечи.

Нок поклонилась, привычно сложив ладони, после ответила, не поднимая глаз:

– Ведунья Хамуса вчера велела с рассветом солнца прийти к ней.

– И что? Нельзя было сказать мне? Язык у тебя отсох или в голове осталось только кислое молоко? Вот уж дура так дура!

Мама Мабуса приблизилась и с силой щелкнула Нок по лбу.

Пальцы у нее были крепкие и сильные. Почти мужские пальцы, и щелчок получился довольно ощутимый.

– И что сказала Хамуса? Ну?

Нок замялась, после сказала:

– У нее в хижине пожар случился. Плохо дело, очень плохо. Не к добру все это, так она сказала…

– Вот же глупая. Ладно, ступай. Сиди сегодня во дворе и не ходи никуда, ясно? Работы тебе хватит. Да, за этими двумя присматривай. И чтобы тихо было, иначе все кости вытрясу из вас, бездельники.