Хранитель сердца моего

Я не ослышалась? Это точно он сейчас говорит? Он головой ударился, что ли?

– Ты веришь мне? Веришь, что я невиновна? – недоверчиво спросила я, глядя в его глаза, казавшиеся теперь темно-синими.

– Тот, кто находится в сговоре с эльфом, не станет говорить во всеуслышание о том, что видел его. Твои предположения о том, что ты увидела чьи-то воспоминания, а не настоящего эльфа, очень похожи на правду…

Я отвернулась и нахмурилась. В чем-то был подвох. Не может он мне верить.

– Но, с другой стороны, – продолжил Моран, – человек, не имеющий скрытых мотивов, не станет тайно забираться в башню Хранителя.

– Но я… – начала я говорить, но Моран прервал меня:

– И уж тем более, невиновный человек ни за что не станет пытаться узнать намерения Хранителя. Невиновный человек не станет требовать зеркало показать намерения и сущность хранителя… Пролану был нужен малейший повод, чтобы заточить тебя в тюрьме. И он нашел его. Ты сама преподнесла ему его на блюдечке. Ему даже ничего делать для этого не пришлось.

Для него это – неопровержимое доказательство того, что твои намерения нечисты. Что ты служишь эльфам. Своим поступком в пещере ты подарила Пролану возможность посадить тебя в камеру. Или хуже того, казнить…

Я фыркнула. Судя по всему, в этом мире про презумпцию невиновности не слышали.

– Меня не могут казнить за то, чего я не совершала! – воскликнула я, – это просто абсурдно! И вообще, почему бы этому Пролану, да и всем вам не заняться поиском того, кто пытался меня отравить! Это – настоящее преступление! Меня же обвиняют, следуя какой-то безумной логике и ложным доводам.

– Преступника ищут, – медленно произнес Моран, – я имею в виду того, кто покушался на твою жизнь. Остальное мы можем обсудить позже. Пора уходить.

Хранитель с тяжелым вздохом поднялся на ноги и протянул мне руку. Я этот жест проигнорировала и отвернулась от него. Нехотя встала и осмотрелась. По-прежнему стояла глубокая ночь.

– Разве мы не переместимся, как обычно? – спросила я.

– Нет, – отрезал он, – не здесь.

И решительным шагом направился в сторону гор. Ничего не оставалось, как идти следом. Я глазела по сторонам и раздумывала о том, не сбежать ли сейчас, пока он не видит. Это была очень заманчивая мысль. Вот только бежать было некуда. Пустынная местность, по которой мы шли, была обрамлена горами. В какую сторону я бы не побежала, на моем пути везде вставали высокие хребты. А в одиночку их не перейти.