Пятый мир

– Бывала в других городах?

– Нет.

– Ну разве не тоскливо?

– Понятия не имею…

– Каков смысл твоей жизни?

– Истреблять теней… это допрос?

– Вполне возможно.

Он резко развернулся вокруг своей оси и снова замер, заложив руки за спину, Габриэлле пришло в голову, что никогда раньше она не видела, чтобы хоть одно живое существо двигалось так стремительно и плавно одновременно. В нём и правда было мало от человека.

– Идём со мной, – вдруг заявил Алистер.

Бертран моргнула.

– Куда?

– Тебе непременно нужно кое-что увидеть.

– Прямо сейчас? – она растерянно воззрилась на собеседника, надеясь, что тот не всерьез собрался тащить её куда-то посреди ночи.

– Когда же ещё? – не оправдав её ожиданий, отозвался демон.

Помедлив мгновение и убедившись, что тот и правда не шутит, Габриэлла откинулась на спинку стула, слегка нахмурившись.

– Не сегодня.

– Конечно именно сегодня! – в два шага преодолев разделяющее их расстояние, Алистер протянул к ней руку.

Бертран с сомнением уставилась на стальные когти его перчаток. Они выглядели довольно острыми, и прикасаться к ним не было никакого желания. Помедлив, она перевела вопрошающий взгляд на его лицо.

– Знаешь, когда малознакомый демон, маниакально улыбаясь, предлагает куда-то с ним отправиться, это вызывает некоторые опасения, – иронично призналась она.

– Очень верное наблюдение, – согласился Алистер. – Идём.

Похоже, себя к категории маниакальных и подозрительных он причислять не пожелал.

«Вот уж немыслимый наглец, – надменно хмыкнул внутренний голос. – Можно подумать, ему тут кто-то доверяет, чтобы бездумно принять это сомнительное предложение».

Габриэлла, поколебавшись, осторожно вложила пальцы в его ладонь, заглушая возмущённые вопли подсознания. Рука в чёрной перчатке сжалась, и кожи коснулся ледяной металл когтей, не причиняя, впрочем, никакого дискомфорта. Потянув Габриэллу на себя, Алистер вынудил её подняться на ноги.

– А теперь, – с довольной улыбкой сказал он, когда они застыли напротив друг друга, – закрой глаза и не открывай, пока я не позволю.

Совершенно не понимая, откуда в ней взялось не поддающееся никакому здравому смыслу доверие, она изогнула бровь в ироничном сомнении, но всё же подчинилась, опуская веки. В ту же секунду душный воздух квартиры вдруг сменился свежим порывом холодного ветра, разметавшего по плечам её каштановые волосы.