Скиталец: Страшные сказки

 – Морен не желал того совершенно искренне – этот старик удивительным образом располагал к себе. – Кое-кто из ваших приближённых считает, что вы в сговоре с проклятыми или даже один из них.

– Чушь! – Медис громко фыркнул. – Необразованные невежды! По-вашему, я похож на проклятого?

Морен посмотрел на него внимательно, пристально, точно и сам желал убедиться в своих выводах, а затем уверенно произнёс:

– Нет. Но я не получил бы деньги, не приехав к вам, чтобы убедиться лично.

– Что ж, убеждайтесь сколько влезет.

Вы мой гость. Вам хватило ума и чести прийти ко мне и сказать обо всём в лицо, в моих же интересах не мешать вам… расследовать, – Медис поморщился, вложив всё своё неприятие в это последнее слово. – Я прикажу подготовить вам комнату. Оставайтесь на три дня. Надеюсь, этого времени вам хватит?

– Более чем.

Угощение на пиру было скромным, хоть и весьма вкусным. Запечённый хлеб с мясом внутри, грибная похлёбка со сливками, лук, зажаренный в тесте, худой поросёнок с яблоками в меду.

Глядя на последнего, Морен не мог избавиться от мысли: если такого подают к царскому столу, что же тогда достаётся простым крестьянам?

Несмотря на свою слепоту, Медис не нуждался в помощи. Он тянулся к блюдам, безошибочно выбирая нужные, ломал и накладывал себе хлеб, посыпал мясо зелёным луком, точно зная, где что стоит и лежит. Даже приступив к похлебке, он не искал ложку по столу, а уверенно взял с отведённого ей места. Впрочем, в выверенных за годы привычках Морен не нашёл ничего удивительного.

– Так вы знаете, почему именно ваши приближённые считают, что вы опасны? – спросил он Медиса между переменой блюд.

– Конечно! Я, может, и слепой, но не идиот. А ещё я умею слушать, когда они говорят мне, даже если не согласен с ними. – Медис склонил голову, помолчал немного и заговорил тише, точно делился тайной только для них двоих: – Мой край голодает. – Морен уловил в его голосе затаённую боль. – Людям не хватает пищи. Наши земли не плодородные, мы выращиваем скот, ловим зверей на мясо и шкуры.

Но в последние годы скотина дохнет, дичь уходит из лесов, а проклятых вокруг становится всё больше. Они пожирают наших овец, распугивают оленей, не дают людям жить! Откуда, по-вашему, они берутся? – вдруг переменил он тон, заговорив как прежде.

– Часть из них: животные и люди, обращённые в День Чёрного Солнца. Другие – все, каждый, кто появился после, – люди и звери, поддавшиеся сильным порочным чувствам.