Порочный договор

– Да-а-а? – глазки девочки удивлённо распахнулись, и на личике расплылась довольная улыбка.

– Да-а-а, – передразнила Милу сестра, поднимаясь на ноги.

«Хоть малышке радость будет», – вздохнула Лика, направляясь в гардеробную.

Глава 5

Утро началось со стука. Лика дёрнулась, резко села и сонно осмотрелась, восстанавливая в памяти события минувшего дня. Стук повторился и девушка, тихонько выбравшись из кровати, чтобы не разбудить спящую сестрёнку, подошла к двери:

– Кто там? – спросила сипло, понимая, что ведёт себя глупо, но она была в майке и коротеньких шортиках и открывать неизвестно кому, не торопилась.

– Доброе утро, – раздался из-за двери девичий голос. – Зейнаб Аслановна велела вас разбудить. – Лика приоткрыв дверь посмотрела на улыбающуюся дежурной улыбкой молодую женщину.

– Спасибо.

– Через полчаса завтрак, – кивнула горничная, прежде чем уйти.

Растормошив сестрёнку, Милолика быстро привела их обоих в порядок и спешно покинула спальню.

Держа за руку Милу, на ходу вспоминала – где здесь столовая.

Вчерашний ужин прошёл в компании экономки, которая ненавязчиво расспросила Милолику об их жизни, не вдаваясь в подробности, почему сёстры оказались в этом доме. Но больше внимания женщина уделяла Людмилке. Она улыбаясь, подкладывала малышке вкусные тефтельки, с умилением радовалась, что ей понравились сырные палочки, которые можно было макать в нежный соус:

– Утёнок, – во время ужина Лика посмотрела на сестрёнку, – сегодня у тебя праздник и много всяких вкусностей, но завтра каша, ты помнишь?

– А-гм, – кивнула девочка, запихивая в рот очередную вкусняшку.

– Ой, а почему утёнок? – всплеснула пухлыми руками экономка.

– Ну, мы так её называем, – стушевалась Лика, откладывая вилку, потому что аппетит пропал.

Накатили горькие воспоминания, как после смерти родителей Людмилка днём и ночью, беспрестанно искала и звала маму, разрывая сердце Лики плачем. Девушке и самой было плохо и больно, а тут сестрёнка, оставшаяся в таком малом возрасте без родителей.

Людмилка в то время боялась что её оставят одну, бросят и постоянно ходила следом то за ней, то за Надей и держалась за край их одежды, не выпуская. Как утёнок переваливалась на пухленьких ножках и следовала за той или иной сестрой.

– Доброе утро, – поздоровалась Лика с экономкой, которую встретила у подножья лестницы.

– Доброе, – улыбнулась женщина.