Порочный договор

Пару раз выдохнув, чтобы успокоиться, спросил уже более спокойным тоном:

– Я ещё раз спрашиваю – что у тебя произошло?

– Всё хорошо, – прошептала Лика, не сводя испуганного взгляда с Рустама.

– Лика! – прикрикнул, а заметив, как она, икнув, вздрогнула всем телом, провёл ладонью по лицу. Сел на кровать: – Почему Зейнаб сказала, что тебе нужен врач?

– Я… мне уже лучше.

– Мне из тебя правду вытряхнуть? – раздражение всё же просочилось в голос.

– Мне было больно, – Милолика сглотнула, – но уже лучше.

Мне тетя Зейнаб таблетку дала и всё прошло.

– Тётя Зейнаб? – усмехнулся Рустам. – Весело. Ты не ответила – что у тебя болело?

Милолика, судорожно выдохнув, опустила глаза и прошептала:

– Внизу болело.

– Как сильно болело? – сбавил тон Рустам, чтобы девушка перестала трястись:

– Очень, – прошелестела и, застучав зубами, обняла себя руками.

Рустам нахмурился, потом наклонившись, притянул девушку к себе от чего её начало трясти ещё сильнее.

– Не бойся, – проговорил, усаживая к себе на колени и поглаживая по спине.

Удержал, когда она попыталась сползти с его колен. Вздохнул, закатив глаза, когда Милолика всхлипнула раз, ещё один раз и, расплакавшись, уткнулась ему в грудь. Поглаживая девушку по голове, попытался успокоить:

– Всё, всё… Не плачь, – растерянно свёл брови – утешать плачущих женщин ему не доводилось. Обычно просто разворачивался и уходил, а здесь отчего-то захотелось убаюкать и успокоить малышку. Вспомнил капельки крови на простыне: – У тебя месячные?

Лика, пару раз икнув, не отвечая, покачала головой.

– Лика – ответь! – прибавил в голос настойчивости и она сквозь слёзы невнятно проговорила:

– Не-е-т, неделю назад кончились.

И вот тут Рустама прошибло пониманием, заставляя напрячься всем телом. Ухватив её за подбородок, заставил поднять голову:

– Ещё раз, повтори – месячных нет?

Милолика попыталась вырваться, но Рустам крепко удерживал её подбородок.

– Нет.

– Твою ж мать! – выругался, отпуская подбородок девушки и она, уткнувшись ему в грудь, сквозь слёзы начала говорить:

– У меня кро-о-вь, – всхлипнула, вцепилась в его майку, сжимая ткань в кулачках.

 – И боли-и-и-т всё.

Рустам, прижав к себе Милолику, закрыл глаза и мысленно выругавшись, пересадил Лику на кровать, укладывая её:

– Мне нужно взять телефон и позвонить врачу. Слышишь? Я здесь, сейчас быстро вернусь.

Накрыл её одеялом, быстро поднялся и быстрым шагом направился в свой кабинет.