Я тебя не забуду

– Какие вещи? Я вроде как…

– Платки, – оборвал крыс: – голову покрыть, да плечи, чтобы за блудницу не приняли. На верёвке сушились, а я их стащил и доволок до кустов у кромки леса. Платье у тебя хоть и ярковато, но сойдёт. Как рассветёт – выдвинемся в путь. А сейчас передохнуть надо. Чую день будет тяжёлый.

Крыс завозился в своём гнезде, а Алина тихо спросила:

– Капитон, почему ты мне помогаешь? Ведь мог убежать, бросить.

Некоторое время он молчал, но затем словно нехотя ответил:

– Надо так.

– А сколько тебе было лет, ну до того, как ты… ну это…

Алина замялась, а Капитон хмыкнул:

– Помер? Не знаю я. Как звали – не помню и где жил, и кем был. Но по обрывкам знаний, предполагаю, что мужчина и что был чародеем.

– А чародеи – это кто? Волшебники?

– Волшбу творят, да. И спи уже! – шикнул крыс недовольно.

– Да конечно, сам устроился, а обо мне подумал? Усну и свалюсь!

– Не свалишься, – вздохнул Капитон. – Не знаю почему, но русалка сеть под веткой сплела.

Дорогие читатели, представляю вам визуализацию Алины:

Глава 4

И пошла Василиса Прекрасная туда,

куда Василиса Премудрая не решилась бы…

Кряхтя, Алина разминала затёкшие за ночь мышцы и благодарила русалку, потому как проснулась она всё-таки под веткой, в странном, липком как паутина гамаке.

Ежась от утреннего промозглого тумана, умылась в озере, нашла сумочку, которая так и валялась на поляне и спрятала её в дупло, присыпав сверху листвой.

– Всё, место я запомнил, если что – найду, а теперь пойдём, – велел Капитон, и Алина послушно зашагала вперёд.

– В мире нашем, нет такого имени. Так что говори, что кличут тебя Алёной, – наставлял крыс девушку: – Про меня если спросят, скажи, что спутник я твой с рождения. Родители твои покойные помогли чародейке, та и наградила дочь спутником. Ну а то что крыс, отвечай – кто из зверья был поблизости, того чародейка и призвала. Я буду молчать, потому как крысы сама понимаешь – разговаривать не умеют.

– Так ты медленно бежишь! – возмутилась девушка, обходя очередное дерево.

– Вот именно! – Капитон остановился и поднялся на задние лапки: – На плечо меня посади, и быстрее передвигаться будем.

Алина хотела запротестовать, мол она не ездовая лошадь, но прикинув, что грызун прав, вздохнула:

– Ладно, иди сюда.