Я тебя не забуду

На Алину тотчас обрушились звуки: шкворчания, шипения, бульканья и пёстрые оттенки запахов готовящейся еды. Кухня, куда они вошли, была большая и светлая. У одной стены стояли печи, у другой – столы, за которыми что-то сноровисто чистили и нарезали двое.

Дама с весьма колоритной внешностью, мужеподобной фигурой и толстенной, русой косой, закрученной вокруг головы на манер короны, придирчиво брезгливым взглядом осмотрела Алину и перевела взгляд на повара, который устремился к печам.

– Ты на кой сюда своих полюбовниц начал таскать?

Пыхнув возмущением, Алина уже хотела высказаться, как из-за объёмных телес женщины выглянул парень лет семнадцати и широко распахнул глаза, в которых читалось любопытство.

– Помощница вам, – буркнул повар и, не обращая внимания на высказывания – где они видели таких помощниц, велел Алине:

– А ну-к, покажи руки! – велел тихо, но таким тоном, что по телу Алины ледяной холодок пробежал и она тотчас выставила руки вперёд.

Детина схватил её ладони, осмотрел и наклонился к её лицу:

– Врать мне вздумала?

– Н-н-е вру я, – заикаясь, пискнула Алина и в этот момент крыс подлил масла в огнь показавшись из-под платка.

– Крыса! – заорала бабища.

Парень схватил увесистую сковороду и двинулся в их сторону. Алина понимая, что сейчас ей и Капитону настанет полный кабздец, заорала:

– Стойте! Это мой крыс. Он мой спутник, ясно?

– Отчегой руки не труженые? – повар подозрительно прищурился.

– Покойный муж берёг меня. Не давал работать, помощниц нанимал, – выкрутилась Алина, нервно сжимая в руках пискнувшего Капитона. – А спутника в дар за помощь чаровница подарила, когда я маленькой совсем была. Никого рядом не было кроме крыс, вот она и призвала его, – тараторила девушка, повторяя наставления Капитона.

Неизвестно чем закончилось бы дело, но тут потянуло горелым и, выругавшись, повар рявкнул на своих помощников, велел им вернуться к работе, а сам метнулся к печам, бросив Алине через плечо:

– Платок сымай и приступай к работе.

День тянулся долго. Алина, постоянно чувствуя на себе взгляды кухонных работников, чистила овощи и резала, чистила и резала…

К ночи ей казалось, что руки вывалятся из плеч, что из уставших, подрагивающих пальцев вот-вот выскользнет нож, но терпела.