Я тебя не забуду

 – Господи, как же я хочу смыть с себя пыль, грязь. Не представляю – как вы можете жить в такой антисанитарии? Ездить на этих… этих животных. Нет, чтобы изобрести… – В этот момент облака разошлись, и яркая луна осветила лицо мужчины. Заметив с каким мрачным выражением он её слушает, осеклась: – М-м-м, да, купаться. Отдайте, пожалуйста, узелок, который мне матушка повара с собой дала. Там мои вещи.

Яромир покачав головой, вытащил из баула, котомку девушки. Порывшись, достал ещё и кусок ткани:

– Одёжа твоя. На вот – холстина и мыльный корень.

Прижав к себе нежданное богатство и поблагодарив сыскаря, Алина отошла в сторонку. Из узелка достала чистые вещи, покрутила в руках пузырёк, разглядывая его. Уже знала, что в этом мире сухие корешки определённой травы измельчают в порошок, прессуют и используют вместо мыла, но здесь был жидкий аналог.

– С тобой пойду, – проговорил Капитон, сидящий у ног девушки. – Посторожу.

– Проследишь, чтобы никто не подглядывал? – хмыкнула Алина, на что Капитон покачал головой:

– Алька, ну что за глупости?

Алина глянула в сторону мужчины, натолкнулась на его мрачный взгляд, и поняла – он слышал её слова.

Пристыженная глупостью, слетевшей с языка, Алина подхватив на руки Капитона, резвой лошадкой сбежала с поляны. Продралась через высокую траву, кусты и наконец вышла к небольшому озеру. Заметив песчаный пятачок, устремилась к нему. Ссадила Капитона на высокую корягу, торчавшую из воды, и только потом дала волю эмоциям:

– Боже, как же у меня болят все мышцы!

Попыталась размять ноющие мышцы ног, но стало ещё хуже.

– Потерпи. Чуток покрутит, а после легче будет. У сыскаря можешь попросить снадобье, чтобы боль снять.

– Ну уж нет, – буркнув, Алина осмотрелась: – не буду ему вообще ничего говорить! Он на меня и без этого, как на блоху смотрит. Слушай, а тут точно безопасно?

– Не страшись – я присмотрю.

Алина с наслаждением поплескалась в прогретой за день озёрной воде. Промыла волосы и постирала сарафан, нательную рубаху, панталончики. Мысленно поблагодарила матушку Руслава за то, что отдала ей вещи своей дочери, теперь было во что переодеться.

Когда вернулась на поляну, увидела костёр, над которым висел котелок и сыскарь в нём что-то помешивал. Глянул на девушку через плечо, но не сказав и слова, отвернулся.