Я не предам тебя

Голос, этот голос снится ему до сих пор! Голос, который зовёт его за грань – к ней, к его бабочке!

Разве может быть такое? Это не может быть она! Она погибла! Сгорела в пожаре!

Воспоминания ледяными иглами впивались в душу, вихрем проносились в сознании, которое отказывалось верить в то, что слух, глаза, его не обманывают!

Леандор не выдержал. Помолвка, свадьба и продержался ещё с десяток световиков, но всё же сорвался в академию, где училась Аделина.

Предлог был веским – встреча с ректором по поводу опечатанного кургана. Необходимо было выставить защиту вокруг периметра, дабы никто из любопытных случайно не сунул туда нос.

Зачем он это делает, зачем отправился туда – у мужчины было с десяток оправданий своему поступку, но он не признавал, что просто сгорает без Делии. Он проклинал себя за эту слабость и планировал, чем пригрозит ректору, потребует, чтобы её отправили на это задание с ним.

Были придуманы сотни оскорблений, насмешек, чтобы морально ударить её наотмашь, задавить, причинить ту же боль, что испытывал он. Только вот не знал, не предполагал, что настоящая боль только впереди.

Ректор принял его сразу и, даже не слушая о проблеме с курганом, молча достал из шкафа пару вестников и протянул Лендору один из них. В недоумении граф посмотрел на него – издание какой-то провинции, напечатанное на желтоватой, дешёвой бумаге.

– Открой, – глухо произнёс де-Круз, – на второй странице.

Озадаченно открыл вестник, чтобы сразу натолкнуться на иллюстрацию двоих – Аделины, его бабочки и незнакомого мужчины. Ода какого-то репортёра вышла на славу – заключение брака графини Муоро де-Солер и какого-то барона.

Едкая горечь разливалась внутри с каждой прочитанной строчкой. Ещё одно желчное подтверждение его ошибки, того, что он уверил себя в её исключительности! Но нет – она такая же омерзительно-лживая, как и все женщины, продажная!

– Занятно, – вытолкнул, кидая вестник на стол.

 – И ожидаемо. Один барон, значит, избежал участи быть использованным, за другого замуж выскочила. Что ж, сожалею – вы наверняка потеряли специалиста или она до сих пор здесь?

Но ректор всё также молча протянул и второй вестник. Только вот в прочитанное не верилось.