Василика Даль: Возрождение

Убрав телефон обратно в карман, я подошла к ребятам, сидевшим на каменных перилах и обнаружила самую обычную обстановку перед экзаменом: кто-то читал, кто-то смеялся и надеялся на чудо, а кому-то было просто фиолетово.

– Почему веселимся и без меня? – спросила я. Кристина обернулась и заметив меня первой, кинулась обниматься.

– Тебе и без нас, скучных студентов, весело, – ответила Лиля, многозначительно посмотрев мне за спину. Я знаю, что она говорит о Матвее, который где-то за спиной бежит по лестнице и обаятельно всем улыбается.

– Возле ее парадного, – ответил тот, кого не спрашивали. Прикусив язык, чтобы не ляпнуть что-нибудь лишнее, я обернулась к Тиму. – Удивлен, что ты пришла на экзамен.

– Отвали Тим, – рыкнула Кристина, потянув меня к себе за рукав, если бы она знала кого за руку держит, то не стала бы так прикрывать.

– Я согласна с ней, отвали, – я запрыгиваю на перила и пододвигаю Илью с его маниакальным страхом забыть что-то перед экзаменом.

– И ужасное остроумие, – поддакнула Кристина, облокотившись рядом.

– Почему же? Я шел своим путем, увидел тебя с ним. Хотя да, ты просто попалась на глаза, – все же признался Тим, сморщив нос.

– Мне надо узнать про зачеты, встретимся в аудитории, – солгала я, когда заметила, что к нам идет наш староста.

Я не хочу с ним говорить, а он первым делом снова попытается завязать со мной разговор.

Кристина тоже увидела Диму и вежливо улыбнулась ему, кивая в знак приветствия. Он ей не нравился. После того, что он сделал, Дима вообще никому не нравится.

– Встретимся внутри, – шепнула Кристина, пропуская меня.

Проходя мимо Тима, клянусь, я почувствовала, как его рука коснулась меня. Решив списать это на случайное прикосновение, я убежала оттуда, как можно быстрее, пока Дима не успел что-то сказать.

Зайдя в универе, я прошла через большой холл и поднялась на третий этаж, где располагалась кафедра Матвея, чтобы зайти к другому преподавателю и договориться о сдаче зачета.

Постучавшись, я осторожно открыла дверь и заглянула в кабинет, но стоявший рядом Матвей закрыл меня собой и Елену Олеговну я не увидела.

– Толмачевская, что-то Вы рано, – громко сказал он, будто бы мы не виделись с утра.

– Я хотела узнать у Елены Олеговны, когда к ней можно подойти.