Эфиррия

– Вы выглядите… ох, вы чудесно выглядите, – довольно улыбаясь, проговорила камеристка, поправляя локоны хозяйки, в которых блестели меленькие кристаллы драгоценных камней. – Все, я вот уверена – абсолютно все будут на вас смотреть, а уж ваш муж… м-м-м… – Кэри закатила глаза и в этот момент Эвелина немного резким голосом распорядилась:

– Оставь меня!

– Да, конечно, – закивала камеристка и уже у двери услышала тихое:

– Кэри, не обижайся. Я ужасно нервничаю и хочу побыть одна.

– Да что вы! Ни в коем разе! – заверила она хозяйку, покидая её покои.

Эвелина застыла у окна, глядя, как за окном становится темнее, как гуще ложатся тени от особняка и деревьев вдоль дороги. Страх, тоска, тревога – всё больше овладевали девушкой. Когда дверь смежных покоев распахнулась, и в комнату вошёл муж, она в смятении сжала ладони в кулаки. Замерла, ожидая его реакции, первых слов.

– Лина, дорогая, ты…

Кристэн закрепляя эмблему главы рода на лацкане пиджака, поднял голову и замер. Его жена стояла у окна и, чуть повернувшись к нему, напряжённо вглядывалась в его глаза.

Тоненькая фигурка, затянутая в атлас насыщенно зелёного платья с небольшим шлейфом, притягивала взгляд. Сияющие волосы, уложенные в замысловатую причёску и спускающиеся локонами с одной стороны на грудь, служили золотым украшением – самым драгоценным и неповторимым.

– Ты прекрасна, милая, – чуть дрогнувшим от восхищения голосом признал Кристэн, приближаясь к жене. Протянул ей руку: – Пойдём.

Не проронив ни слова, Эвелина вложила свою ладонь в руку мужа и безропотно прошла в его покои.

 – Мой подарок, – Кристэн подхватив заготовленный футляр, распахнул его, и Эвелина ошеломлённо распахнула глаза:

– Это же… это…

– Этот гарнитур сделан на заказ. Для тебя, моя льяна.

– Благостные, – потрясённо выдохнула девушка, осматривая шикарное ожерелье из самых редких драгоценных камней их мира – риантов. Посмотрела на любимого растерянно: – Но зачем? Крис, они же ужасно…

– Ничто мне не дорого так, как ты, – прервал жену Кристэн, подхватывая ожерелье и надевая его на шею любимой.

В ложбинку груди лёг центральный камень, огранённый в форме необычного, звездчатого цветка, который аккуратно, кончиками пальцев погладила Эвелина.

– Это…

– Это – льяна, – улыбался Кристэн довольно.

– Да, – сипло выдохнула девушка. Прекрасный, маленький цветок – льяна, именем которого называл её любимый. Однажды он привёз ей маленький букетик из этих безумно редких цветов.