Эфириус. Битва за рай

Заодно стало ясно, что означало вчерашнее послание Шона: «Буду рад разделить с тобой своё место на нашем Олимпе».

– Я же говорил, господа, – осклабился он, – госпожа Грант не придёт в восторг от этой идеи…

Ещё как! Чёрт, что же делать?! Как я смогу вместе работать с Шоном, если один его вид способен вывести меня из равновесия?.. Да наш совместный проект развалится прямо на старте!

Я обвела мимолётным взглядом присутствующих. Они доброжелательно улыбались, но смотрели холодно, выжидательно. Как акулы, караулившие свою жертву и готовые в любую минуту на неё напасть.

А Фредерик Штольцберг присутствовал здесь в качестве рычага давления. На случай моего нежелания сотрудничать.

«Соглашайся, Карина, иначе тебя ждут рудники», – вот, что говорили его глаза.

Выходит, отказываться не вариант.

– Ваше решение, Кара?

Я улыбнулась, небрежно пожала плечами.

– Что ж, почему бы и нет? Терпела же я раньше неподражаемое чувство юмора господина Феррена. Смогу потерпеть ещё. Разумеется, если мне за это хорошо заплатят…

Мужчины заметно расслабились и засмеялись.

– Вот это деловой подход, Кара, – удовлетворённо кивнул Штольцберг. – Тогда давайте обсудим детали?

Из дальнейшего разговора стало ясно, что члены правления «Либрум Индастрис» хотели посмотреть, как мы сработаемся с Шоном (на примере портативного экскаватора), прежде чем заключать с нами крупный контракт на создание серии машин.

В случае успеха этот договор сулил мне не только значительные финансовые пополнения, но и возможность как можно дольше продержаться на гребне волны.

Пока я была нужна Эдему, моя жизнь была в относительной безопасности.

Проблема заключалась в чрезмерно сжатых сроках.

– Неделя, – настаивал господин Кампфен. – Ваш прототип ведь готов, его нужно только уменьшить.

– Но господин Феррен с ним не знаком, поэтому лучше три, – отбрыкивалась я.

Слишком свежа была память о невыполненных вовремя перчатках эмпатии.

Шон хмурился, молча следил за нашей словесной баталией, пока один из его юристов о чём-то шептал ему на ухо.

Госпожа Холт тоже в обсуждении не участвовала. Её больше интересовал господин Майне, который что-то фиксировал в записной книжке.

– Хорошо, две, но только из уважения к вам, Карина, – с нажимом сказал господин Кампфен. Моё упрямство его раздражало. – Больше тянуть нельзя. Производство должно быть как можно быстрее запущено. Иначе нас с вами просто разорвёт на части толпа.

Я посмотрела на Штольцберга. В серых глазах отразилась сталь.