Элиминация

Я чувствовал себя очень неуютно без оружия, потому как, даже засыпая, я всегда держал его  на готове. Когда мы вышли в середину зала, то Батюшка будто дар речи потерял. Возможно, он и хотел что-нибудь сказать, но не мог, лишь молча, словно рыба, открывал и закрывал рот, разводя руками. В тот же момент дверь второго этажа раскрылась и от туда с огромным грохотом вылетел окровавленный мешок. Денис быстро спустился вниз и посмотрел на нас, оскаленный, с задранными по локоть рукавами, он топал ногами в нашу сторону,  а от такого шума проснулись все.

– Вы это ищите, солдаты? – С психически-нездоровой улыбкой спросил тот.

Мешок шевелился, точнее, это было его содержимое, издававшее шипящие звуки, как это делали безумные, ведь они были лишены дара речи, не могли больше разговаривать – лишь кряхтеть и шипеть.

Ослабшая веревка, что держала мешок завязанным, наконец-то, сдалась и от туда вылезло нечто: без рук и ног, голое, лысое изуродованное тело безумного, не знаю, женщина это или мужчина, нельзя было определить, вся его кожа были бледная, на местах половых органов рубцы и кровь, меня замутило, я лишь надеялся, что его изуродовали так после смерти.

– Как Вам такое зрелище? – Вновь завопил Денис и стал громко смеяться.

Этот мужчина был конченным психом.

– Папа! – Вскрикнул мальчик и смех прекратился.

– Ваня? Сынок, смотри! – Он указал на безумного уродца, пытающегося ползти, как червяк. – У нас есть лекарство, чтобы не быть такими, как она! – Улыбнулся он во все тридцать два зуба.

Так это, все-таки, она!

– Папа, что это? Что ты сделал?

– Твоя мать это сделала. Среди нас только она смогла сразиться с Безумием. Увы, твоей сестре не так повезло…

Денис сделал печальное лицо и меня затошнило еще сильнее, именно в этот момент произошло непоправимое: воспользовавшись случаем, Шрам пробрался к коробке с оружием и сделал выстрел – точно в цель. Мозги Дениса распластались по полу рядом с безумным уродцем, которая начала слизывать их языком.

Глава 3. Август и Вадим – за час до…

Лето выдалось жарким, особенно этот день: кожа покрывалась потом, а от него щипало глаза, в частности это сказывалось на двух мальцах, бегающих вдоль частного сектора между домов, где все соседи знали – это сыновья Дерябина – нефтяного магната, и его прекрасной жены – бывшей фотомодели. Рыжие, конопатые, вечно веселые и оптимистичные – они буквально излучали свет своим смехом.