Элиминация

И все же, вот она, стоит наверху и глупо улыбается, словно находится под действием сильнейших наркотиков или психотропных веществ, она блуждает где-то в своем мире, где нет смерти и бпрочих ужасов. Но, больше всего меня пугало то, что никто из присутствовавших, кроме нашей команды, не замечал этого.

– Людмила! – Вскрикнула Даша. – Спуститесь к нам и скажите, что они ошибаются!

– Спуститься? Зачем? Я могу и отсюда показать.

Женщина задрала рукава своей кофты и оголила руки – исполосованные, израненные, искусанные.

Она улыбалась, а потом показала живот – раны от укусов были расположены по нему линиями вдоль и поперек, некоторые из них были совсем свежие.

– Она безумная! – Произнес Вадим.

– Она должна быть безумной! – Поправил его Август.

Люди в церкви начали громко разговаривать, все они были перепуганы до ужаса, они наконец прозрели, словно перед ними открылась истина. Одна женщина схватила какой-то увесистый предмет и запульнула его прямо в голову Людмиле, та не выдержала и камнем свалилась вниз.

Однако, это падение, было для нее словно пинком под зад. Людмила спокойно встала и оглянулась. Кто-то крестился, другие ругались, третьи молились, четвертые стали орать: ведьма, безумная, неживая, дьяволица, детоубийца, уродина! Их крики перемешивались, но она будто их не слышала, она смотрела на сына, а тот на нее.

– Людмила, нам нужно уйти. – Произнес Батюшка.

– Я не уйду без своей семьи… – Прошептала она и протянула руки к Ване, однако тот направил на нее пистолет.

Пистолет?

И действительно, у Вани в руках красовался ПМ, наверное, когда-то, Денис дал ему на случай самозащиты, но вряд ли научил пользоваться. Парень навел его на свою мать и та застыла.

– Ты убила Лизу? – Спросил тот. – Что ты с собой сделала, мам?

– Посмотри на меня, я жива, мы с тобой будем всегда вместе, обещаю. Они нам не нужны! – Она разводила руками по залу и оглядывалась на людей, которые прятались от ее взгляда. Казалось, даже самые смелые, что кричали и ругались на нее, вдруг попрятались по углам.

Скажу честно, моя команда повидала те еще ужасы, но к такому никто не был готов, даже я. Ваня напоминал мне моего сына – Сережу. Ему было столько же лет, сколько сейчас этому мальчишке, когда тот погиб. У Вани были те же волосы, глаза, смелость, та же хватка. Только мой сын никогда не держал в руках оружие. И лишь это сейчас держало меня на плаву.

– Ты чудовище… Ты не моя мать.

Меня будто торкнуло на месте.