Без боя?! Не дам(ся)!

Кто это может быть?! Снова Дарвийцы? Кто-то другой не менее опасный? Или быть может, мы уже подлетели к границам Шайтассов и нас заметили? Хорос!

Как долго я была в отключке?! Хотя, если мне не изменяет память, в чём сомневаюсь, Гек сказал, что они заметили моё состояние двенадцать часов назад. А за это время мы могли совершить максимум один прыжок. Не больше.

Так что последнее всё же вряд ли. Только вот хорошо это или плохо?

Ещё и моё состояние оставляет желать лучшего. Я и встать-то нормально не могу, не то чтобы быть способной на что-то большее!

Кинула полный надежды взгляд в сторону медицинских камер.

Они напоминали горизонтальные кабины для солярия. Правда, без возможности выбраться оттуда с такой же лёгкостью.

Одна из камер приоткрыта и по бокам виднеются копоть и почти растаявшая пена, намекающие на то, что в прошлый раз, когда её использовали, что-то пошло не так.

Невольно хохотнула, представляя реакцию букашек, когда они, кряхтя, затащили меня туда. А она как давай дымиться, а приборы сходить с ума.

Ещё бы! Погрузили в медицинский отсек какую-то жалкую человечку, стоимость которой, несмотря на вполовину сократившуюся сумму, целое состояние, а он как загорится. А им её оттуда и не достать, пока не завершится лечение. Ахаха.

Небось, бегали тут как… тараканы, не зная, что предпринять.

«Но смех смехом, а надо двигаться», – устало вздохнула и… поползла.

А что ещё делать? То есть теоретически могла и встать, но зачем? Силы надо беречь!

От того и целеустремлённо ползла в сторону целой камеры.

Вопреки опасениям добралась довольно быстро и встала, опираясь на панель управления. Искренне радуясь, что на Шахане у нас была парочка таких. Заказанная вполне официально у Укутов, как только мы вошли в союз.

Быстро ввела нужные параметры, в том числе и добавляя отсрочку, чтобы успеть туда залезть. Ну и заодно парентеральное питание. Это неприятно и совершенно невкусно, но другого выхода не видела. Не бегать же потом по Жестянке в поисках еды, пока на нас кто-то покушается.

К встрече, которая возможно скоро состоится, мне нужно быть готовой и находиться во всеоружии.

Убедившись, что всё вроде в норме и настроено, открыла камеру и забралась туда, с тихим щелчком закрывая её за собой. Отрезая себя от звука продолжающей надрываться сирены.

Специально не стала усыплять пациента, то есть себя, так как после наркоза отходняк ещё тот. Помню на своём опыте. Всё же была неугомонным ребёнком. И невероятно любознательным.