Говорящая с драконами

Это сейчас все говорят на всеобщем. А тот учебник, я так поняла, был подарком прошлому Говорящему, который и помогал заключить договор между крылатыми и чешуйчатыми тысячу лет назад. Эту книгу получилось выпросить у Нефрита навсегда. И хотя практиковаться было не с кем, да и даже не уверена, что пригодится, но мы с Изей всё равно его выучили. Впрочем, произношение у нас точно далеко от совершенства. Но иногда мы общались на нём, когда замысливали что-то в тайне ото всех. Так что это было весело.

В общем, читая и самосовершенствуясь, постепенно училась и шить, и варить мыло, и играть на музыкальных инструментах и многое другое, что только находилось в книгах.

Времени-то было полно, так что почему бы и нет? Хотя основное место занимали рассказы о приключениях. Ох, как мы с близнецами их полюбили. Бывало, устраивались вечерами все вместе, и я читала им их вслух. Эх. Надеюсь, эти времена не канули в лету…

К истёкшему часу уже была полностью готова. Так что когда Канита вошла, и вслед за ней появился Дармилис, подзывая меня приглашающим жестом, смело шагнула за ним.

Глава 7

Миром правит жадность. Поменьше сделать и побольше взять.

– Он готов принять тебя. Выглядишь к слову лучше… чем до этого,  – сказал Дармилис, оглядывая мой наряд, идя по коридору. – Кстати, как тебя зовут?

– А что? – тихо рассмеялась, игнорируя комплимент. – Танатис спрашивал, а до тебя неожиданно дошло, что ты этим даже не поинтересовался?

– Ну, знаешь! – высокомерно заявил демон.

 – Я как-то не привык интересоваться именами…

– Людей? – усмехнулась в ответ. – Не переживай, крылатые никогда не забывают при любой возможности упомянуть и наглядно показать, как именно вы относитесь к подобным мне. Кстати, почему меня запирали? Не то, чтобы меня это сильно расстроило, но это было неожиданно.

– Я не давал таких распоряжений, – пожал он плечами. – Видимо, это инициатива Каниты. Не обращай внимания. Она тут работает сотню лет, вот и привыкла к небольшому самоуправству.

– Ну-ну… – хмыкнула.

Мы как раз подошли к огромной двери.

– Это вход в приёмную, – показал на неё Дармилис. – Мне туда сейчас нельзя. Отец вызывал только тебя.

– Хорошо, – пожала плечами и потянулась к ручке, чтобы отворить её.

– Эй, погоди! Как всё же тебя зовут? – спросил Теорский-младший.

Я снова рассмеялась и, ничего не ответив, вошла в зал.

Обстановка здесь была соответствующей торжественности и показательной силы.