Эфириус. Восхождение

Внезапно ощутила толчок, чьи-то сильные руки на своих плечах и поняла, что в кого-то врезалась.

– Извините, – пробормотала машинально.

Медленно подняла глаза вверх – и сердце замерло.

Шон!

Он стоял в дорогом чёрном костюме в окружении команды своих личных юристов и внимательно, с затаённой тревогой на меня смотрел. Как же он изменился! Похудел, помрачнел, под глазами пролегли тени от бессонных ночей, но от этого стал выглядеть более опасно и властно.

– Здравствуй, Карина, – произнёс Шон своим низким обволакивающим голосом.

Я испуганно вздрогнула, пальцы разжались – и коммуникатор выскользнул из них и рухнул на белоснежный мраморный пол.

Шон неспешно присел, поднял его, встал, но отдавать не спешил.

– У тебя всё хорошо, Карина?

От этого простого вопроса оцепенение спало. Воспоминания накрыли свинцовой волной. Сердце бешено застучало, кровь прилила к лицу, стало сложнее дышать. Захотелось крикнуть «а сам-то как думаешь?!» и больно его ударить.

Шон ведь когда-то давно тоже был на рудниках, устраивал там бунты, но каким-то чудом сумел вернуться назад. Резко выбился в топ, получил звание лучшего писателя Либрума, подружился с Верховным архонтом и решил сделать вид, будто ничего и не было.

Может, для него и вправду всё позади? Может, он продал Штольцбергу душу? Потому что, как можно спокойно годами взирать со своего пьедестала на то, как творцов, которых он знал, с которыми хорошо общался, арестовывали и отправляли на верную смерть? При этом даже не пытаясь кому-то из них помочь!

– Да, – ответила тихо, сглотнув.

– Я хочу с тобой поговорить.

Я изогнула губы в презрительной улыбке.

– Не стоит, господин Феррен.

Он нахмурился. Острый взгляд голубых глаз буквально прожигал мою душу насквозь.

– Если передумаешь, ты знаешь, где меня найти. – Шон протянул коммуникатор, я потянулась к гаджету, но он в последний момент его придержал.

Это что, предупреждение? Или угроза? Что если Штольцберг с ним меня обсуждал и ему что-то известно? В любом случае надо быть начеку.

– Прощайте, господин Феррен, – сухо сказала я и направилась к кафетерию.

В одиночестве выпила кофе, глядя расфокусированным взглядом куда-то в пустоту, а затем вернулась обратно в свою капсулу.