Выбор Мариссы

Раздирает изнутри

Кевин

Рассматривая убегающую Райт, испытывал смешанные чувства, которым просто нереальным волевым усилием не давал выливаться в нечто оформленное и законченное. И не только потому, что рядом стоял Рен.

А в основном из-за того, что о ней надо забыть. Только как это сделать, если всё с каждым часом выходит из-под моего контроля? Только чудом ещё держусь и не выдаю себя.

Меня самого разрывало между долгом и собственными желаниями. Ведь она права. И в том, что так легко раскусила нас и в том, что нам нужно оставить друг друга в покое и держаться на расстоянии.

Наш интерес к ней может быть правильно истолкован её же матерью с любовником и это создаст проблемы. А вот что стояло за порывами самой Мариссы мне неведомо. Ведь могла же начать шпионить для матери и Древнего. Притвориться дружелюбной… Соврать, что хочет уничтожить их. Предложить сотрудничество, чтобы затем методично и с расстановкой нас предать, сдав своему ковену. Но нет. Она боится. Чего именно? Не знаю.

– Интригует, да? – хмыкнул Дарен.

– О, заткнись, – я закатил глаза и решительно зашагал в сторону мужского общежития, чтобы захватить учебники.

Честно говоря, обучаться тут было не особо интересно. Нас пристроили на пятый курс к тёмным эльфам, у которых делался упор на физическую силу, рассудив, что всё равно после краткого повторения теоретической базы, начнётся распределение по группам и практика.

В отличие от многих своих собратьев я изучал магию. Само собой без применения, так как магии у меня нет.

– Ты как знаешь, но я всё же воспользуюсь карт-бланшем, который оставила девчонка. Видно же, что хочет. Иначе бы поставила другие условия.

– Ты о чём? – нахмурился, сбиваясь с шага и оборачиваясь к Бурому.

– Да о том, что Мара дала разрешение ухаживать за собой. Да ещё и тайно. Понимаешь, что это значит?

– Только то, что понимает, насколько инстинкты движут оборотнями, – не согласился с ним.

– Да нет же, – фыркнул Рен. – Это говорит о том, что она хочет нас, но не хочет огласки. Иначе бы потребовала вообще оставить её в покое, не оставляя для нас и шанса.

– А, по-моему, ты выдумываешь, Бурый, – буркнул, но в душе резко зародилось ещё одно пока непонятное чувство.

Но и его подавил, решив обдумать это позже. Без навязчивого и сканирующего меня общества.