Детонация

Грэм, игнорируя все мои утренние дистанции и щиты, теперь блаженно улыбался солнцу за окном и, казалось, не замечал меня вовсе. Я даже подумала, может, стоит срулить обратно в постель и не тревожить этого божьего человека своим приземлённым видом? Но стоило мне сделать маленький шажок в сторону дивана, он, немедля, поднялся, чтобы сообщить:

– Желаете позавтракать в постели? Одну минуту.

И я так и замерла в полушаге.

– Нет, что вы, – поторопилась остановить его, – Составлю вам компанию по-человечески, за столом.

– То есть, завтракать в постели – не любите? – и улыбка мужчины стала хоть и чуть заметно, но, всё-таки, неприличной.

– Это зависит от обстоятельств, – смерила его холодным взглядом, но тут же неловко опустилась, почти упала, на скамью, – И да, именно компании, – добавила, отчаянно пытаясь придать физиономии высокомерия и мучительным усилием не опуская взгляда.

Это сделал Грэм. Он как-то неправильно усмехнулся уголком рта, чуть опустил голову, и за ресницами чересчур весело блеснуло.

Что это ты творишь, подлец? Знаю я эти улыбки. Даже не думай, чудище тестостероновое! Нет, в смысле, думай, конечно, но и только! Не надо мне тут внезапный пикап устраивать, – взбесилась окончательно, и смущение, наконец, отпустило.

Я уже беззастенчиво смотрела на впечатляющего мужчину прямо передо мной, пока он увлечённо изучал кофейную гущу на дне своей чашки.

Язык не повернулся бы сказать, что очень красив. Но. Это был как раз тот самый случай, когда собранные вместе чересчур резкие черты, попадали в зависимость от одного только взгляда.

Провоцируя добиваться смягчения его улыбкой, которая делала его безнадёжно неотразимым.

Мужчины у меня не было дольше, чем отпуска…

Почему я вспомнила об этом снова? В этом месте как раз бы мне опять и покраснеть. Но нет. Мне было грустно.

Вечные спутники мои Дилл и Бобби, с которыми мы делили, бывало, одну постель на троих в какой-нибудь замызганной развалюхе – они были бесконечно близки мне. Как может стать близок человек, который поливает тебя в пустыне из чайника вместо душа, делится последней едой и охраняет твой сон, чуть продлевая своё дежурство, чтобы ты могла хоть чуть-чуть подольше поспать.

Мы были семьёй. Маленькой и надёжной. Без претензий и условий. Иначе было не выжить. И ни о каких отношениях в этой связке речи, конечно, не шло. И нас всех это вполне устраивало.

А вот мужчин, в том самом смысле, рядом не было. Давно. И я почти забыла об этом. А сейчас вот вдруг вспомнила.