Эхо прокуренных подъездов

Что и говорить, но Лили была единственной подругой, которая не только поддерживала мое тупое чувство юмора, но ещё и сама придумывала что-то веселое. Именно наша несерьёзность ужасно мешала нам на уроках.

Мы двинулись по коридору, но не успела я начать рассказывать про свои каникулы, как начал звенеть звонок.

– Русский язык у нас сейчас? – спросила я одноклассника, который проходил мимо. Он быстро кивнул в ответ, и мы зашагали за ним.

– Боже, я свою душу продам, лишь бы не идти на урок. – проныла Лили, прежде чем мы зашли в класс.

 – Может прогуляем?

Я закатила глаза.

– Ты в курсе, что мы вообще ходим с тобой в школу не когда надо, а когда захотим? – пошутила я, открывая дверь. – Идём, не забывай, что если мы с тобой будем сидеть за одной партой, то будет весело!

Наверно, если меня спросят для чего я хожу в школу, то я отвечу, что мне нравится срывать уроки или вытворять что-то безумное. С начальных классов я была «девочкой-оторвой», любившей бегать по коридорам, смеяться на уроках и ругаться с учителями.

Годы прошли и до выпускного оставалось совсем не много, но я была все той же веселушкой Лисой. Мы с Лили однажды придумали, что когда у нас будут дети, мы специально их отправим в нашу школу и в один класс, чтобы отомстить учителям. «Представь реакцию наших старых учителей, когда они узнают, что мы их мамы.» – смеялись мы пару месяцев назад.

– «Зубы в тюрьме», привет. – раздался голос моего друга на задней парте. Он всегда называл меня так из-за брекитов.

– Сам ты «зубы в тюрьме». – засмеялась я, закрывая лицо рукой, чтобы учительница не заметила моей скорченной от смеха гримасы. Но она лишь бросила на меня недовольный взгляд – это было что-то вроде первого предупреждения. – Я настолько опасная, что у меня зубы за решёткой.

Целых сорок пять минут урока мы с Лили пытались сдержать смех, придумывая разные шутки, ловя на себе злобный взгляд преподавателя. Когда мы вышли из кабинета Лили радостно провозгласила:

– Ещё четыре урока и мы идём к Вове!

***

Комната моего парня была словно его отражением и я сразу же это поняла, когда оказалась там.

На стене висел огромный старый плакат, кровать была не заправлена, а на столе возле компьютера были разбросаны разные вещи. «Если он хотел прибраться, то у него явно это не получилось.» – подумала про себя я, но без тени осуждения.

Мы все завалились на кровать, смотря разные ролики, и я придвинулась к Вове, положив голову ему на плечо.