Эмили

Так что же происходит?! Сейчас, чтобы присвоить ребёнка, отнюдь не надо говорить слова, приличествующие соответствующему моменту в ЗАГСе. Так что всё это показалось ещё страннее, чем раньше. Ещё и имя такое необычное. Кьяр какой-то?! Точно иностранец! Но какой страны?!

На ум не приходило ничего. Разве что какие-нибудь викинги. Но это ещё больший бред, чем мои прошлые размышления, ведущие в никуда. Они же вымерли. Ведь так?

Только сейчас в голове всплыло, что и меня эта ужасная старуха называла – леди Вайриз, но тогда мне было как-то не до этого.

Больше волновало, почему я рожаю, а точнее испытываю боль сродни описанной, потому что сама с этим никогда не сталкивалась.

Шикарная отмазка на все случаи жизни. На будущее.

«Дорогой! Я же рожала. Ты забыл? Какая разница, что прошло десять лет? Мозги так и не включились. Предохранитель перегорел».

Ну и чушь творится с моими мыслями.  Всё это не укладывалось в моей голове. Но! Меня ещё и выдали замуж, будучи в коме? А может у меня жёсткая амнезия и я всё забыла? Или это просто то, что сообщили этой старухе.

Что я – чья-то жена. Чтобы не было лишних разговоров. Но среди кого? Или… вот тут мой мозг снова закипал и молчал, как будто серое вещество решило покинуть моё тело. От усталости и перенапряжения не желая больше бродить среди сумрака неизвестности.

Ну и чёрт с ним!

– Положи Катю рядом! – приказала повитухе. Ну что за странное, давно изжившее себя слово?  Но так она себя называла, открещиваясь от  моей «ведьмы». Ещё одна странность, от которой никуда не деться.

Разберусь с этим потом. Что главное? Ребёнок! – А потом зови моего супруга. Если ему так надо? То пусть смотрит тут! Не стоит отстранять ребёнка от его матери сразу после родов. Это будет лучше для него же. Для моей Кати. Не мне это тебе говорить, женщина.

Старуха вновь промешкалась, что меня искренне разозлило.

– Делай, как говорю! И меня прикрой, перед тем как запускать гостя! – прикрикнула, радуясь, что наука бывших мужей хоть чем-то сказалась плодотворно, хотя до этого? Меня их повадки лишь злили и раздражали.

 Пыталась с ними сжиться или смириться, но выходило с трудом.

Что-что, а приказывать и повелевать окружающими они умели. Как и давить одним взглядом. Мишка, мой первый, всегда говорил, что я слишком легко осваиваюсь в любой среде, как и перенимаю чужие привычки. Очень легко. И это правда. Я всегда была как масло в их руках. Да и не только в их. Как проточная водица подстраивалась под кого-либо.