Эмили

Да и быть во всеоружии никогда не повредит.

К тому времени как приблизилось назначенное время, на меня навалилась… иррациональная злость на Н.

Потому что потрясений мне, если честно, сегодня и так хватало. А тут мне решили добавить проблем. С другой стороны, не упускать же возможность узнать больше? Информация – это сила. А в моём случае ещё и роскошь, которой у меня нет. Это если не считать того, что я знаю то, что неизвестно остальным. То, что настоящей Эмили Вайриз уже нет. И очень надеюсь, что она не вернётся.

Иначе я бы эту тварь сама придушила.

И эта злость вылилась в то, что готовилась я тщательно. Можно сказать, устроила целый спектакль. Точнее роскошную картину в стиле Рубенса, обожавшего рисовать обнажёнку. Ладно. Я сильно преувеличиваю. Больше всё же скромности Да Винчи и эпохи ренессанса, чем пошловатого барокко.

Вся такая трепещущая, одетая в (как сейчас понимаю) самый настоящий пеньюар, какие у нас на Земле носили веке так в девятнадцатом, а то и раньше. То есть не те еле скрывающие телеса тряпочки, призванные возбуждать, а нечто приличное и чего уж там? Дорогое и красивое.

Не знаю от чего, но другой одежды в этой комнате и не было. Только сорочки и такие вот халаты. Наверное, боялись, что сбегу и полагали, что из природной скромности (что сомнительно, я же тут, судя по всему, та ещё гулящая кошка) не смогу сделать этого в неприличном для чужих глаз наряде.

Короче, хотела бы одеться приличнее? Не получилось бы. Разве что сооружать из простыни саван и в нём встречать гостя, напугав его до икоты.

А может и стоило? Авось стал бы разговорчивее.

В общем, на момент, когда в дверь тихонько поскреблись? Во всей этой красе я и возлежала на кровати в тусклом свете парочки настенных светильников, которые успешно создавали интимную обстановку. А что ещё было делать? Я не знала своего прошлого, а так? Вдруг у него развяжется язык от всей этой красоты? Не встречать же его с чем-то острым? Тем более что у меня не имеется и ножа для писем.

Мне и еду приносили такую, для которой не требовалось ничего резать.

Разрешать войти или отвечать не стала. А вдруг это не то, что я думаю? Да и не стучались ко мне, не особо считаясь с желаниями своей госпожи. Те же служанки входили, не церемонясь.

– Любовь моя? – вопросительный шёпот раздался до того, как дверь открылась, и вошёл мужчина.

При виде него я на мгновение лишилась дара речи. А меня трудно поразить! И точно не таким.