Секрет Виктории. Лабиринт судьбы

Тот хрипел и сипел, его ноги болтались в воздухе, не доставая до пола, руками он пытался отнять лапищу Ионоса от своего многострадального горла.

– Пусти его! – приказал Ансан. – Сейчас же!

– А если не пущу? – поднял он ещё выше Эрика. – Что со мной сделаешь?

Почему-то все женихи молчали, и никто не влезал в разговор. Просто стояли и глазели, отойдя к стеночке. Вот же защитнички!

– Давайте успокоимся! – закричала я во всю мощь легких Эдика. –  Ионос! Брось каку! Сейчас же! – как ни странно, парень отбросил выскочку в сторону и направился в мою сторону.

Колени мои задрожали.Как я вообще не грохнулась в обморок и устояла на месте, когда в мою сторону шел демон, я не знаю.

Глава 5

– Поясни, – около меня стоял уже в нормальном виде Ионос и тяжело дышал.

– Никто не видел картин, только принцесса. Так вот, может быть у меня там мазня или у Эрикослава. Откуда мы можем знать? – все это говоря, меня так потряхивало, что пришлось руки спрятать за спину, чтобы было незаметно.

Да и голосу придать уверенности. Кажется, с этим демоном шутки плохи.

– Эдуард дело говорит, – вклинился младший принц. – Остаются все! А вот следующее состязание будет серьезнее.

Принц взмахнул рукой и что-то шепнул губами. В комнате раздался гул и прямо перед Агелиосом, возникла тумба из чёрного мрамора, она переливалась и искрилась золотыми всполохами до тех пор, пока на ней не появился фолиант. Очень древний, но красивый, что глаз не отвести.

Гул продолжался до тех пор, пока книга сама листала страницы.

От этого действа вверх поднималась золотистая пыль и оседала на пол, создавая причудливый узор. Всё женихи смотрели на это чудо, не отрывая взгляда. Я же пялилась, затаив дыхание.

«Рот прикрой. Простудишься», – хохотнула дама со стены. Тем самым выводя меня из ступора.

«Почему все так стоят?» – мысленно обратилась к вредной дамочке.

«Книга так действует на них», – ответила она. В голосе слышались нотки веселья.

«А я?» – задала вопрос, и вся превратилась в слух.

«А ты сейчас разговариваешь со мной», – хохотнула рыжая.

«У тебя имя есть?» – уточнила я и чуть не упала в обморок от увиденного. Отвлеклась, называется. Из этой самой золотистой пыли, возвышаясь над всеми и едва не задевая сводчатый потолок, стоял огромный голубь, открыв клюв. Ой мамочки!

– Испытание гронлубями, – громогласно изрек голубок и взметнувшись вверх, вылетел через потолок, осыпая всех присутствующих своей золотистой пылью.