Тонкая Грань

Перенос закончится, пациент проснётся…

Проснувшись, Штайнберг тут же предпринял попытку вылезти из биоложа. Фиксирующие ремни не пустили.

Свет в блоке был приглушён. Не слышно переговоров специалистов, писка приборов, коммуникаторов. Покровский сидел рядом и, судя по всполохам цветных бликов на линзах, просматривал что-то через скан-очки.

– Что пошло не так? – прохрипел миллиардер. После сна голос сел, одеревеневшее тело не слушалось, нейроимплант не отзывался, установить связь с охраной не удавалось.

 – Покровский!!!

Профессор повернулся и грустно взглянул поверх очков.

– Всё так. Перенос завершён, эффективность 98,9%. Технология отработана. Что могло пойти не так?

– Почему я всё ещё здесь? В этом дряхлом теле?! – взвыл Штайнберг.

– А где вы рассчитывали оказаться? Только не говорите, что хотели проснуться в теле андроида, – попросил учёный.

– Да! Вы должны были меня перенести! – получился бы крик, но голос сорвался на хрип на середине фразы.

– Марк, – развёл руками профессор, – ну мы же с вами это обсуждали.

Мы повторили конфигурацию вашего мозга в андроиде. Ваша личность воссоздана с максимальной точностью. Это всё, что можно сделать.

– Меня перенести… – начал Штайнберг и осёкся, встретившись взглядом с учёным. – Вы что задумали? Мой нейроимплант не работает! Где связь? Кто купил вас?! Отвечайте!

Покровский подождал, пока истерика закончится, и невозмутимо, словно читая нотацию нерадивому студенту, принялся объяснять.

– Ну вот вы – органический мозг. Что мы можем сделать с этим куском биомассы? Куда его нести? В череп к андроиду? Эта попытка была предпринята более ста лет назад, и от неё отказались. Старение органики сводит всё на нет. На заре этих исследований мы с вами обсуждали цифровое бессмертие. Можно воссоздать точную копию органического носителя. Я говорил, что по факту это действительно будете вы, поскольку личность будет скопирована идеально. Каждый, кто будет общаться с вами, тысячи тестов – никто и ничто не заметит разницы.

Отличие будет только для вас самих, поскольку вы остаётесь в теле, потому что вы и есть тело! Помните, что вы тогда сказали?

Покровский вопросительно посмотрел на притихшего миллиардера, но ответа не дождался.

– Хорошо, я напомню. У меня есть запись, – очки профессора снова замелькали картинками. – Вот. Вы сказали: «Никакой непрерывности сознания всё равно нет. Мы – это информация, память.