Не твоя

Моё тело проснулось и требовало своё. Почему сейчас? Глупый вопрос. Просто пришло время. Округлившееся за лето тело и оформившееся лицо говорили, что у меня началась поздняя гормональная перестройка. У кого-то это происходит в тринадцать, у кого-то в шестнадцать… а у меня вот в двадцать.

Если речь о связке, то тут всё гораздо проще. Существенный плюс, что это произошло с сыном Димиклуса Океара, входящего в совет. И то есть часто посещающего дворец. Уже не говоря, что он приближенное лицо Ксандра Велеара, что очень и очень хорошо.

Правда это при условии, если после обучения Океар-старший привлечёт сына к своей работе. Но думаю так и будет. Амбиции людей допущенных к власти чаще всего распространяются и на своих отпрысков. Значит, в будущем смогу беспрепятственно проникать во дворец. Хотя это будущее весьма расплывчато, но это было хорошее подспорье для мести. А вот минус, это сам Натаниэль Океар. Один жирный минус.

Смогу ли работать с ним? Наверное, да. Но это будет весьма своеобразное сотрудничество и к чему оно приведёт предугадать сложно.

Нужно быть серьёзнее в этом вопросе и устроить встречу нам втроём.

А вот что делать с проснувшимся желанием? Только ли к выпендрёжнику? Или просто к мужчинам, в общем? Это надо обязательно проверить. Нас с Океаром многое объединяет. В основном, это неприязнь и ненависть друг к другу на протяжении нескольких лет, но глупо отрицать, что равнодушием тут и не пахнет. Возможно, именно это и привело к такому результату.

Раздражённо откинула тетрадь в сторону и встала.

Там где дело касалось рациональных вещей – всё просто, но когда задеты эмоции и желания тела? Тут всё сложнее. И это мягко сказано.

Подошла к зеркалу и посмотрела на себя, стараясь оценить то, что вижу сторонним взглядом. Я не стала красива в общепринятом смысле. Не было кукольного личика. Была какая-то чувственность, это да.

Отвернувшись снова села на кровать и вцепилась руками в голову, опять углубляясь в размышления. Но в голове было пусто. Только опять крутились те самые ощущения, которые испытывала при прикосновении сноба.

Это было так жарко и захватывающе. Так сбивало с толка… В таком состоянии тяжело рассуждать здраво.

Упрямо стиснула губы и подняла голову высоко. Это чертовски раздражающая помеха. А значит, от неё надо избавиться. При одной мысли, чтобы стать ещё одним проходным баллом для золотого мальчика, меня начинало трясти от ненависти. Даже страшно представить, если о таком узнают. Все достижения спишутся в ноль.