Двойное экспресо

И залип на гирлянду из белых, похожих на клубки ниток шариков. И надо было, наверное, поздороваться, поцеловаться, но фонарики забрали меня, как зелёная лампочка кальмара. Не знаю, сколько я так просидел, надеюсь, не дольше пяти минут. Надеюсь, меня когда-нибудь отпустит и я снова буду счастлив. Надеюсь, жизнь окажется лучше, чем эти чёртовы фонарики.

Я, наконец, поймал себя на мысли, что занят какой-то хренью, и, повернувшись к Полине, спросил: «Как твои дела? Тут такое дело. Я сожрал грибов и мальца трипую, не обращай внимания.

У меня, кстати, с собой есть, не хочешь?» – Предложил, конечно, больше из вежливости, потому что Полина была слишком консервативной для такой хуйни. Йога, випассана, браслеты на удачу и никакого мата, сигарет и бухла. Поэтому я обожал, когда она сосала. Сами минеты были средними, но её трушная «правильность» и традиционность взглядов высасывали из меня оргазм покруче голодной нимфоманки. Вот бывает, женщина играет в недотрогу, и ты бесишься, мол, хуле выёбываешься, а бывает, она реально такая. Вот Полина была такой. Но вернёмся в её комнату, где я с двумя чёрными шарами вместо глаз говорю с девочкой, которая была весьма обескуражена от происходящего. «И что ты чувствуешь? С тобой вообще всё в порядке?» – Любопытство разбавляло тревогу. «Я по-разному. Вот сейчас вроде норм. Всё как будто бутафорное, ненастоящее. Можно я у тебя побуду?» – У Полины мне стало как-то спокойно. Как-то защищённо и уютно. «Да, конечно, оставайся. Хочешь воды или поесть?» – предложила Полина. Жрать не хотелось, или, вернее даже я забыл, что есть еда и что её можно жрать. «Хочу воды, принеси сразу два стакана, пожалуйста», – сказал я и подошёл к окну. За ним были таинственные и уже не такие страшные джунгли – на миг мне представилось, будто я в за2мке. В комнате было тихо, за окном никого. Я слышал, как ветер толкает пальмы и листья-вееры трутся друг о друга. Нежность, бережность, трепет – я перехватил ощущение, которым обменивался ветер с листьями, и пропустил через себя. Когда-нибудь я буду ветром, который встретит свою пальму. Полина зашла в комнату и протянула стакан. Я выпил залпом и вдруг почувствовал голод. Отпускает! «Погнали пожрём», – предложил я.

Мы сели в тайской забегаловке напротив мини-маркета, который на контрасте с тёмными улицами горел, как чернобыльский светлячок. Мне принесли холодного пива и риса с морепродуктами. Я сделал пару больших глотков.