Сквозь серое небо

Как мне говорили коренной норвежец, приехавший сюда пару десятков лет назад. Человек молчаливый, но улыбчивый и добрый. Сорокалетний здоровенный мужик. Мне он сразу понравился. Эрик же и встретил меня в том здании. Рассказывал, что набрёл на меня случайно и вообще чудо, что увидел среди обломков бетона на полу. И, конечно же, несколько раз уже извинился за приличный удар по голове. Неприятно, что тебя как ребёнка застали врасплох в такое время, но на него я зло держать не буду. На себя, возможно.

Город. В нем было почти всё, что нужно для комфортного проживания.

По крайней мере, в сегодняшних реалиях. Население, которое составляло примерно в сто двадцать человек, жило в основном в каменных коробках прошлого. Домами эти здания назвать можно было с огромной натяжкой. Квадратные гробы, такая ассоциация приходит ко мне всегда, когда я гляжу на них. И в одном из таких «гробов» поселилась я. После многих лет странствий по мёртвой земле жаловаться тут было не на что. Разве только на голые и серые стены, с остатками каких то обоев. Кто и когда их отодрал? И зачем, не для того чтобы ещё больше нагнетать и так повсеместную тоску? Но это было неважно, ведь там находилась кровать! Не в полном, конечно, смысле этого слова. Три немаленького размера покрышки, а на них деревянные доски. Сверху покрывало непонятного цвета: такое сине зелёное, и под ним куча всяких тряпок. Для мягкости. Подушка и одеяло классического вида, только потрёпанные временем. По центру комнаты в стене зияло гигантское окно, конечно же, без стёкол. Вид из него открывался просто «умопомрачительный», на такие же бетонные гробы. Архитекторов, во время строительства этих сооружений, нанимали, похоже, исключительно слепых. Ещё в моих новых «апартаментах» стоял старенький шкаф для одежды и небольшой комод возле кровати. Больше не было ничего. Но и этого мне вполне хватало.

Экскурсию по Поскони для меня провёл Василий. Неплохой парень, но точное мнение о нём я пока не могу сформировать. Как то он слишком добр ко мне, или нет.

Не знаю. Он показал мне школу, где преподавали его родители, местную столовую, и какое то подобие ратуши. В городе было масса зданий, предназначение которых я не знала. Магазин? Библиотека? И т. д. В столовой поваром была женщина лет сорока, сорока-пяти. Чем она запомнилась так это страшной худобой. С едой повсюду были проблемы, но что бы вот так. И как она вообще держится и работает? В разговоре с ней я ничего дурного не заметила, скромность только.