Сквозь серое небо

В походном рюкзаке, который я нашла пару лет назад в одном заброшенном городке, лежало немного одежды, кое какие лекарства, остатки еды и бутылка воды. Брезент, ткань, из которой был сшит рюкзак, казались вечным. Цвет… серый, наверно, по пришествие времени и слоям налипшей грязи уже и не понять, но выбирать не приходится. Вода в этом мире, к сожалению, тоже заканчивалась. Нет, найти её не проблема, но вот пить. Я бы не рискнула. Источники пресной воды постепенно очищались после кислотных дождей двадцатых годов и массовый выбросов, я даже не знаю чего, но жидкость из крупных рек и озёр это всё ещё чистый яд.

Крупным везеньем было найти родник или закрытый колодец. Хотя бы маленький, но быстро текущий ручеёк. Смерть от жажды? Неприятная перспектива, с которой я живу уже девятнадцать лет. Может быть, в этом городке остались места с закрытой водой. Вряд-ли, но другого выбора у меня нет. Собрав вещи и присыпав костёр, я двинулась вперёд.

Серый осенний лес, покрытый голыми деревьями. Привычно иду по немного замёрзшей земле.

Нужно ловить момент, ведь к полудню превратиться в болото. Запрокинув голову, я всмотрелась в небо. Старая привычка. Оно было затянуто густыми облаками из пепла и сажи. Отец как то рассказывал, что раньше, днём, небо было прозрачным, и голубым, как утренняя роса. Никогда не понимала этого сравнения. Грязная вода на ржавом металлоломе. А ночью же, посмотрев ввысь, взгляду открывалось поистине впечатляющее зрелище, мириады ярких точек, которые люди называли звёздами. И их было так много, что всех песчинок на нашей планете не хватило бы, что бы их сосчитать. А в особо счастливые моменты, все эти звёзды вливались в огромную реку необычайной красоты. Дорога, переливающаяся сотнями ярких красок, от ослепительно жёлтого оттенка, до глубокого фиолетового цвета. Папа называл её Млечный путь. Млечный путь, поток из молока с кисельными берегами. Мечта всей моей жизни поднять голову и увидеть её. Те волшебные миры, которые возвышаются над нами. Та невообразимая глубина, таившаяся, где то там. Но каждый раз, когда я поднимала голову, всегда было только серое небо. Каждый день, каждый час. И днём и ночью. Всегда. Эта нескончаемая тьма настала ещё до моего рождения, в далёком краю, названия которого я уже и не помню. Случился природный катаклизм. Родители говорили, что-то вроде того, что всё нутро земли вырвалось на поверхность нашей Земли, и покрыло небо непроницаемой пеленой. И всё произошло так стремительно, что никто не мог это предотвратить.