Трезубер. Убийца нечисти

– Пассажир, а чё у тебя прикид, как у педика?

– Да он точно петушок! Глянь на эти гомосячьи усики и бородку!

– Ты чё молчишь, заднеприводный? Глухонемой, или как?

Тип с бородкой смотрел затравленным взглядом, как загнанный в угол щенок, и не мог ответить ни слова. Как странно – ведь на вечеринке из него просто бил фонтан красноречия.

Сергей взял Настю за руку и заглянул в глаза.

– Стой здесь и ни в коем случае не подходи!

– А ты?..

– Я разберусь.

Он решительно зашагал вперед.

Здесь, на темной улице, где полно опасностей, Сергей чувствовал себя в своей тарелке, будто вернулся домой. Раздражение и неловкость, которые мучили его на вечеринке среди расфранченных модников, улетучились без следа. В жилах пульсировала холодная уверенность, в голове было ясно и спокойно.

Первым его заметил гопник, который ковырялся в сумке:

– А это чё за лох? Эй, терпила, ты откуда нарисовался…

Не отвечая, Сергей прыгнул ему навстречу и нанес сокрушительный удар в челюсть.

Гопник выронил сумку и рухнул на асфальт как подкошенный.

– Сука! – изрыгая ругательства, на Сергея бросился верзила с велосипедной цепью. Сергей отклонился от удара, нацеленного ему в переносицу, – но не до конца. Самодельный кастет скользнул по скуле, рассекая кожу.

Громко завизжала манекенщица.

Сергей отскочил назад. Гопник усмехнулся.

– Сейчас ты будешь ссать кровью, мудила!

Его дружки начали обходить Сергея с двух сторон. У одного в руке сверкнул нож.

– Я тебе, сука, яйца отрежу и в рот затолкаю!

Сергей был спокоен. Ни кровь, фонтанчиком брызжущая из рассеченной скулы, ни стальной блеск зазубренного лезвия ножа, ни жажда убийства в глазах ублюдков не вывели его из равновесия. На занятиях по уличной самообороне, которые он посещал параллельно с боксом, его учили: главное – всегда чувствовать ситуацию.

Сергей ситуацию чувствовал.

Первое правило при драке с тремя противниками – не дать никому из них зайти тебе за спину.

Второе – обезвредить самого опасного. Наибольшую опасность представлял тип с ножом. Сергей ринулся к нему.

Лезвие со свистом рассекло воздух возле его горла. Сергей левой рукой поймал нападающего за запястье, зафиксировал, а правой со всей силы рубанул по локтю.

Мерзкий хруст разрываемых связок слился с жутким криком, нож зазвенел по асфальту. Гопник с перекошенным от боли лицом уставился на свою руку, согнутую в обратную сторону.