«Сатурн» почти не виден

И что получилось? Людям жить трудно, достать что-нибудь для нормальной жизни – целая проблема. У частников все есть, но они дерут с обывателей три шкуры. Обыватель клянет торговцев, но заодно и тех, кто дал им волю. Разве нельзя обуздать частников? Можно и нужно.

Зомбах и Мюллер переглянулись. Это же просто удивительно! Оба они вспомнили недавно полученную оккупационными властями специальную директиву по поводу контроля за ценами и источниками товаров частных торговцев.

– Ну, хорошо, – сказал Зомбах.

 – Вы говорите любопытные вещи, но они к нашей работе не имеют никакого отношения. Вы представляете себе ясно, где вы находитесь?

– Безусловно. Мне все разъяснили, – Рудин посмотрел в сторону Андросова.

– Ну так как же вы представляете себе сотрудничество с нами?

– Как? – удивился Рудин и недоумевающе посмотрел на Андросова. – Я ведь уже подписал обязательство выполнять приказы немецкой разведки. Так что я жду приказа, и все…

– Мы вас пошлем в качестве нашего агента в партизанский отряд.

Согласны? – спросил Мюллер, не сводя глаз с Рудина.

– В принципе согласен, – после некоторого раздумья ответил Рудин и, помолчав, продолжал: – Однако мне кажется, что при засылке своих агентов в партизанские отряды вы иногда не учитываете типичной черты военного времени – подозрительности. Нельзя схватить партизана, уговорить его служить Германии и отправить его туда, где он находился до плена. Категорически нельзя. Более правдиво – заслать его совсем в другой район.

У нас в отряде рассказывали, как вы вернули одного партизана в отряд, что находится в Задвинском лесу. Его там потрясли, он все рассказал, и его повесили на осине у самой шоссейной дороги, да еще прикололи к пиджаку надпись: «Судьба предателя». У меня нет желания последовать за ним. Уж если это обязательно необходимо, забросьте меня к партизанам, которые находятся подальше от моего отряда, и я вам подберу там нужных сотрудников.

– Это надо обдумать, – сказал Зомбах.

 – Давайте пока закончим. Я прошу вас, Крамер, выйти и подождать в приемной. А вы, Андросов, останьтесь…

Андросов вышел из кабинета Зомбаха спустя полчаса и на ходу сухо бросил Рудину:

– Пройдите ко мне.

В своем кабинете Андросов, как совсем обессилевший человек, тихо опустился в кресло:

– Ну, знаете ли… – шепотом произнес он.

– А что такое? – улыбнулся Рудин. – Все как будто идет нормально. Или я ошибаюсь?

– Больше, чем нормально.