Путь истины. Дмитрий Донской

Они проводили старца до ворот, а там глядь: его и след простыл…

Теперь боярин Кирилл вспомнил, где Варфоломей повстречал старца-черноризца, и сказал слуге:

– Ступай на поле к старому дубу.

И он не ошибся – отрок Варфоломей стоял под древом и возносил молитву Богу…

Когда, наконец, все собрались, боярин Кирилл обратился к сыновьям своим:

– Дети мои! Вскорости предстоит нам дальний и опасный путь. Будет у нас новый дом. Увы, не ведомо мне, как примет нас московская земля.

– Господь не оставит нас без милости Своей, – промолвил отрок Варфоломей и от смущения опустил очи долу.

– Я верю в сие, сын мой, – улыбнулся боярин Кирилл. И тогда он поведал Стефану об условии, что поставил московский князь.

– Я весь в твоей воле, отче, – смиренно отвечал юноша.

На сани погрузили добро, нажитое боярином Кириллом на верной службе ростовским князьям, и тронулись в путь. В студёную пору довелось отправиться в московскую сторону, а дорога пролегала через глухие места.

Боярин Кирилл с малой дружиной ехал верхом, а в санях, укутавшись в тёплые меховые кожухи, сидели его сыновья с матерью своей.

На рубеже Ростовского и Московского княжеств подстерегала их смертельная опасность. Лихие люди… выбежали из леса и бросились с топорами наперерез. Тогда боярин Кирилл выхватил из ножен меч, отсёк руку подступившему разбойнику и пригнулся: пущенный топор пролетел над его головой и исчез в снегу. Дружинников лихие люди стаскивали с лошадей и били дубинами.

Боярин, пав с коня, пронзённого копьём, отбивался от противников, обступивших его со всех сторон, и уже прощался с жизнью… Но вдруг враг, который занёс руку над его головой, рухнул наземь, а в шее его торчала стрела. Второй разбойник пытался удрать, но был настигнут стрелой, поразившей его прямо в сердце. Остальные лихие люди скрылись в лесу…

Боярин Кирилл обернулся и увидел сына своего Стефана с луком в руках. Отрок Варфоломей подошёл к мёртвым телам и с грустью проговорил:

– Господи, прости их, грешных!

Боярин Кирилл, меж тем, сказал Стефану:

– Молодец, сын, ты настоящий воин, я горжусь тобой!

Москва… В 1328 году от Рождества Христова этот город был крохотной деревянной крепостью.

Успенский собор – единственное каменное строение в нём, возведённое с благословения митрополита Петра, который заложил в стене храма гробницу, где и был похоронен.