Путь истины. Дмитрий Донской

Но хорошо всё то, что хорошо кончается!

– Нет, княже, – качнул головой Алексий, – все токмо начинается! Кознями литвина Ольгерда раскололась русская митрополия надвое. Но не успокоится он, покуда не приберёт к своим рукам всю Русь. Ему, язычнику, не церковь, но земли наши надобны…

– Владыко, – вздохнул князь, – немало полегло люда служилого от моровой язвы. Не можно нам ноне воевать, тем паче с Литвой! Просить хотел тебя, владыко. Дмитрию моему завтра четыре годка исполнится. Ждал твоего пришествия, владыко, дабы первый его постриг совершить…

12 октября 1354 года.

Москва. Успенский собор.

Темно-русый кудрявый мальчик в шёлковой сорочке и портах бойко крестился пред аналоем, где лежали Евангелие, крест златой и ножницы серебряные. Брат владыки Алексия княжий боярин Александр Плещей, будучи подле него, возносил тихую молитву Богу за своего крестника. Князь Иван Иванович, тысяцкий Алексей Петрович, боярин Василий Васильевич и иные княжьи мужи стояли позади них в храме.

– Благословен Бог наш всегда, ныне, и присно и во веки веков, – провозгласил митрополит. – Святы?й Бо?же, Святы?й крепкий, Святы?й бессмертный, помилуй нас. Слава Отцу, и Сыну, и Святому Духу, и ныне, и присно во веки веков.

Молитва «Отче наш» окончилась призывом: «Приидите, поклонимся Цареви нашему Богу!». И люд православный, не исключая и князя, опустился на колени и коснулся главою пола. «Слава Отцу, и Сыну, и Святому Духу. Всякое дыхание да хвалит Господа.

Просим Тя сподобиться слышанию Святого Евангелия. Мир всем!» – митрополит раскрыл Евангелие и читал: «Исус вознегодовал и сказал: Пустите детей приходить ко Мне и не препятствуйте им, ибо таковых есть Царствие Божие. Истинно говорю вам: кто не примет Царствия Божия, как дитя, тот не войдёт в него… В то время ученики приступили к Исусу и сказали: кто больше в Царстве Небесном? Исус, призвав дитя, поставил его посреди них и сказал: истинно говорю вам, коли не обратитесь и не будете аки дети, не войдёте в Царство Небесное; итак, кто умалится, как сие дитя, тот и больше в Царстве Небесном».

Далее, положив Евангелие на аналой, митрополит осенил златым крестом Димитрия. Отрок с волнением целовал поднесённый крест. Затем дядька Плещей серебряными ножницами состриг кудри с главы Димитрия. Отрок видел, как падают на пол каменный власы его, и детская наивная жалость родилась в сердце у него.