Путь истины. Дмитрий Донской

Но с уходом в мир иной князя Семёна не лучшие времена настали для Вельяминовых! Иван Иванович поставил тысяцким Алексея Петровича Босоволкова, который успел доказать свою преданность новому московскому князю, – Вельяминовы теряли своё влияние при дворе. И с этим надо было что-то делать… Теперь под покровом ночи мужи из славного боярского рода сошлись, чтобы решить, как быть далее.

– Коли князь не оказывает нам, своим верным боярам, должного почтения, надобно сыскать иного князя. Вольны мы выбирать, кому служить, – говорил Фёдор Воронец.

 – Поедемте, братья, в Рязань, – к князю Олегу Ивановичу на поклон. По слухам, бояре тамо в великом почёте живут. Слаб московский князь. Рязанцы повоевали Лопасну[72 - Лопасна – московская волость с торговыми путями, занятая Рязанью (прим. авт.).] да ещё держали его наместника Михайла Александровича в сырой клети! А батюшка наш Иван Кроткий смолчал, не отомстил за поругание, так и отдал землицу московскую Рязани.

– Негоже нам уподобляться Алёшке Хвосту, братья, – возражал окольничий Тимофей.

 – Ещё дед наш служил московскому князю. Не можем мы, словно крысы, бежать в другие земли!

– Ты бы помолчал, Тимофей, – осадил его Фёдор Воронец, – ведаем мы, как обласкал тебя князь Иван. То-то ты не хочешь покидать Москву!

– Братья, не будем которатися, – остановил начавшуюся ссору Василий Васильевич. – Нам надобно сыскать правду у князя.

Фёдор Воронец криво усмехнулся:

– Добро, брат… Подашь ты челобитную, дескать супротив царя Алексей Петрович восстаёт, призывает дань не платить татарам, того гляди, накличет беду на Москву.

Токмо челобитье твоё по тебе ж и ударит! Князь верит Босоволкову, а во власти того вся Москва ноне, – посадский да торговый люд за него горою встанут.

– Как же нам поступить, братья? – осведомился тогда Василий Васильевич. – Не можем же мы смириться с поруганием роду нашему!

– Судить Хвоста надобно, но судить по древней Правде – Закону русскому. Самозваный боярин без роду и племени – он нанёс обиду великую всем нам, Вельяминовым! – в ярости вскричал молчавший доселе Юрий.

 – Тебе, Вася, удобно совершить правосудие: не забыли тебя дружинники его! Не будет Хвоста, князь тебя поставит тысяцким…

От младшего брата никто не ожидал подобных словес. За столом повисла тишина. Тяжко призадумались благородные мужи. Бежать с насиженных мест, терять сёла да волости, дарованные в кормление, не хотелось никому. Фёдор Воронец и тот замолчал. Уразумел он тяготы, которые ожидают на службе у другого князя.