Путь истины. Дмитрий Донской

И тогда люди повалили древо, обрубили топорами ветки и пошли с самодельным тараном на приступ.

Однако в бунтовщиков полетели стрелы со стен, где притаилась дружина боярская. Люди тотчас бросили бревно и кинулись наутёк. Вскоре подоспела княжья дружина. Всадники настигали посадских и рубили их на скаку…

Так, окончился мятеж на Москве в лето 6864 от сотворения мира. Вскоре Вельяминовы бежали из Москвы в Рязань…

Полгода спустя. Москва.

Пришёл на митрополичий двор посол из Орды от ханши Тайдулы, – занедужила царица, звала митрополита, дабы излечил её молитвой своей.

Испугался владыка Алексий, но вида не показал и стал собираться в путь дальний. В тот же день в Успенском соборе отслужил он молебен о здравии Тайдулы: говорят, во время произнесения ектении вдруг сама собой зажглась свеча у гроба святителя Петра…

Алексий велел свечу ту раздробить на части и раздать людям, которые пришли на богослужение, а из одной части изготовить меньшую свечу. Её он взял с собою в Орду…

В степной ставке хана.

Джанибек воротился с победой из Тебриза, оставив там наместником своего старшего сына Бердибека. Но омрачена была радость его известием о болезни матери (к старости всемогущая царица ослабла глазами).

Теперь сын посетил больную мать, но она не узрела его. Возлежала ханша в веже своей на лебяжьей постели.

– Словно пеленой застланы очи мои, тьма скрыла лик твой от меня, – жаловалась Тайдула сыну. – Приходил шаман, бил в бубны, к духам взывал; потом мула читал молитвы подле меня, а еще знахарка поила меня настоем степных трав.

Не помогли они. Но есть надежда, мальчик мой. Давеча видела я сон, – будто русский поп в золочёных ризах исцелил меня…

– О ком ты глаголешь, матушка? – удивился Джанибек.

– О митрополите Алексии, – отвечала Тайдула. – Несколько лет тому назад держал он путь в Константинополь: не было тогда тебя в Сарае, и моим именем выписали ему грамоту проезжую. Сказывают о нем, что зело благочестив, – Бог таких любит и внемлет их молитвам!

– Коли желаешь, матушка, повелю ему прибыть сюда.

– Я уже отправила гонца в Москву, Джанибек…

***

Тяжко было митрополиту Алексию идти в Орду, – разумел он: коли не излечить царицу, живым не воротиться на Русь! Сидя на возу, владыка непрестанно мыслью обращался к Богу в ектении о здравии для Тайдулы: молитва, что от чистого сердца исходит, достигает Господа прежде всего!

Путь пролегал через бескрайние цветущие поля, утопающие в солнечных лучах.