Родиния. Тайны бытия

Ковалев не нашел ответов на вопросы, которые не давали ему покоя. Вместо этого он снова познал горечь разочарования, к которой примешалась еще и боль от потери друга.

Последующие несколько месяцев Андрей Ковалев практически не выходил из своей квартиры, – разве что в магазин – за продуктами, работая все время за компьютером над написанием книги. Она, эта книга, теперь занимала все его мысли. Нелегко было вспоминать о том, что случилось в те дни, когда он еще служил в полиции. Но описать те события он полагал своим долгом.

Тем более что после некоторой шумихи, поднятой вокруг той истории, как это часто бывает, воцарился информационный вакуум. Ни в прессе, ни на телевидении более не появлялось сюжетов на данную тему. Власти явно пытались замять это дело, которое имело некоторый политический окрас. В общем, дело серийного убийцы, которое в другое время вызвало бы широкий общественный резонанс, теперь тщательно предавали забвению. И для этого была избрана высокоэффективная тактика замалчивания…

Вот этой-то тактике и пытался противопоставить Андрей Ковалев свое усердие на новом для себя поприще писателя.

Однако он явно недооценил тот порядок, который сложился в стране за последние двадцать лет.

Тот день, когда он закончил книгу о выдающемся хирурге, превратившемся в безжалостного мясника, был одним из лучших в его жизни. Он был вполне удовлетворен своей работой. А, в дальнейшем, разослав рукопись в несколько столичных издательств, принялся ждать…

Прошла неделя, месяц, полтора.

Ответа всё не было. И тогда он поехал в Москву, – выяснить, в чем же дело.

В самом крупном столичном издательстве ему сообщили, что редакция обеспечена рукописями на два года вперед. Примерно то же самое он услышал и в другом месте. А в третьем – сказали, что рукопись им не подходит по жанру.

– Извините, тематика не та…

– Да вы хоть читали книгу? – вспылил на прощанье Ковалев. На что не получил ответа.

Так и ушел он оттуда ни с чем. А, вернувшись домой, принялся в Интернете искать адреса других издательств, и тогда выяснилась удивительная вещь – их просто нет, не существует в природе!

Постепенно пришло понимание того, что несколько столичных издательств подмяли под себя весь книжный рынок в стране. Если в советское время можно было издать только то, что отвечало запросам партии, то теперь – вообще ничего не издать.