Сотник Лонгин

Лампа выхватила из темноты изящное изголовье кровати, увенчанное головой обозлившегося мула, который, прижав уши, раскрыл рот и вздернул верхнюю губу так, что видны были оскаленные зубы. Корнелия поняла, что это всего лишь чучело, и вздох облегчения вырвался из ее груди, но тотчас страх снова запустил свою когтистую лапу в ее душу. Женщина увидела человека, лежащего на кровати.

– Отец? – с трудом выдавила она из себя и заговорила дрожащим голосом. – Прости меня, я не знала, что ты здесь… Ты не уехал?

Но ее вопрос остался без ответа.

И тогда Корнелия приблизилась к кровати… Однако в тот же миг, испустив пронзительный вопль, женщина рухнула в обморок и выронила из рук масляную лампу. Посреди широкого ложа, сплошь залитого кровью, лежало обезглавленное тело ее отца…

Аякс, услышав крик, вбежал в дом и ворвался в спальню, уже охваченную огнем. Пламя пожирало мертвое тело и вплотную подобралось к лежащей без сознания женщине, у которой открылось кровотечение. Голова мула зловеще скалила зубы…

Раб своим плащом сбил пламя с одежды Корнелии и, взвалив ее на руки, бросился вон из горящего дома.

Он бежал и пронзительно кричал:

– Пожар! Пожар! На помощь!

За ним по каменной мостовой тянулся кровавый шлейф…

Когда молодая госпожа пришла в сознание, служанка тотчас позвала отца семейства. Луций-старший наклонился над своей невесткой, разглядывая ее болезненное лицо.

– Как ты себя чувствуешь, дочка? – заботливо спросил он.

– Что… случилось? – спросила Корнелия бледными губами.

Луций-старший вздохнул, отвернулся в сторону и не сразу отвечал:

– Худшее позади.

Главное, что ты жива, и медики говорят, что скоро поправишься…

– Я потеряла ребенка? – спросила Корнелия, и слезы блеснули в ее глазах.

– Не волнуйся, дочка. Ты еще подаришь мне внука. У вас с Луцием будет много детей.

– Мой отец… – всхлипнула Корнелия, к которой начала возвращаться память. – Как они могли так поступить с ним?

Ярость блеснула в глазах Луция-старшего, и он заговорил отрывисто, сдерживая нарастающий гнев:

– За свободу и награду эти жалкие ублюдки продали своего хозяина Лепиду! Они все поплатятся.

Я тебе обещаю. Квинт не заслуживал такой смерти. Его убили во сне… Хорошо хоть, что он, скорее всего, ничего не почувствовал… Но есть и добрые вести. Пожар потушили, большая часть ценностей спасена, не расхищена. Вот немного окрепнешь, и мы с тобой отправимся в путь.

– Я скоро увижу Луция? – оживилась Корнелия, и румянец зарделся на ее бледном лице.