Сотник Лонгин

Заотар хотел вспылить, разразиться гневным криком, пролить всю мощь своей ярости на этого «несносного юнца, который берет на себя слишком много и совсем не уважает старших», но, взглянув на Хушедара, при виде его доброй и всепрощающей улыбки лишь вздохнул и был вынужден согласиться. Они снова двинулись в путь, но вскоре оказалось, что прежняя усталость исчезла как мираж в пустыне, как будто ее и не было вовсе. Откуда-то эти люди, которые больше двух месяцев провели в дороге, почерпнули новые силы и достигли Бейт-Лехема, родного селения царя Давида, менее чем за два часа.

Полная луна освещала путь персидским магам. Они весело, с воодушевлением шли к своей цели и так увлеченно разговаривали на авестийском языке, что не замечали незнакомца, который издали следовал за ними, – это был человек, посланный Иродом…

В Бейт-Лехем они вошли уже за полночь и были встречены дружным лаем всех местных пастушеских собак.

– Теперь нам куда? – доверчиво спросил Заотар у Азербада. Юноша, взглянув на путеводную звезду, стукнул в дверь первого попавшегося дома.

Немного времени спустя послышались шаги, а затем мужской голос угрожающе проговорил:

– Пойдите прочь от моего дома. Предупреждаю – у меня есть меч.

– Отец, – возвысил голос Азербад. – Мы не разбойники. Послушай. Мы жрецы, пришли, ведомые звездою, из далекого Вавилона, дабы поклониться младенцу, который родился здесь, в Бейт-Лехеме, около трех месяцев назад в семье потомков царя Давида. Поверь – мы пришли из далекого края и принесли дары…

– Дары? – удивился голос за дверью – Какие дары?

– Золото, ладан и смирна, – отвечал Азербад, – дары, достойные величия Царя!

Некоторое время тишина стояла за дверью.

Хозяин дома, верно, раздумывал, оценивал опасность, но затем створки двери тихо скрипнули, и в свете масляной лампы показались седая борода и морщинистое стариковское лицо. Хозяин с недоверием оглядел незваных гостей и сухо проговорил:

– Входите. Только прошу вас – не шумите. Младенец спит.

– Младенец?! – воскликнул Азербад.

 – Он здесь, в этом доме? Царь Иудейский?

– Тише, – повторил старик.

Персы шли, следуя за тусклой масляной лампой, которую держал в руке хозяин дома, и вскоре они оказались возле колыбели, где спал младенец.

– А вы действительно из рода царя Давида? – уточнил на всякий случай Заотар.

Хозяин дома усмехнулся:

– Меня зовут Закария. В Бейт-Лехеме я последний из рода Давидова. А это мой сын, которого Господь послал мне в утешение на старости лет.