Покинутый

Кресла, стулья, стол. Душевая кабина. Благодать. Телевизор. И работает хорошо. Несколько программ принимает. Динамик не хрипит. Тут можно задержаться.

– Передохнем, Артем, после пойдем поедим. О билетах бы справиться. – Матвей не торопится, но и медлить не хочет.

– Так и сделаем, Матвей. С обеда пойдем в регистратуре гостиницы спросим. Они могут билеты заказывать. Не сразу улетим, возможно. Сейчас сезон отпусков начинается. Многие летят погреться на солнышке.

– Мы не многие, мы по делу едем. Отыщутся для нас билеты.

На улице вечерело. Надо отыскать кафе поблизости. И не дорогое. В магазин зайти, купить еду для позднего ужина. Жива в Артеме привычка поздним вечером заглянуть в холодильник. Перекусить перед сном. Многолюдно на улице. Большой город это вам не деревня. Машины заполонили дороги. Толчется народ на тротуарах. Перекрестки, светофоры. Давно Артем не был в городе. Тюремный двор для прогулок. Путь до цеха подневольной работы.

В нескольких кварталах от гостиницы нашли кафе. Вошли, сели за столик. Артем решил описать Матвею обстановку.

– Тут уютно, Матвей. На столе чистая скатерть. Салфетки, специи. Половина столиков занята. Значит, готовят здесь хорошо. Народ не пойдет абы куда.

Подошел официант. Парень лет двадцати пяти. Форменный костюм, фартук.

– Добрый вечер, господа. Что будете заказывать? – Подает меню. Пытается сунуть меню Матвею.

– Ему не надо, молодой человек. Он не зрячий. Я сделаю заказ. – Пояснил Артем.

– Простите. Я не знал. – Оправдывается официант.

– Ничего. Я привык. Уже несколько лет живу во мраке. – Матвей улыбнулся. Слепоту свою не проклинает.

Артем просматривает меню.

– Что будем заказывать, Матвей? Чего твоя душа желает?

– Сам выбирай. Я буду что и ты. – Дано не ласкает его взор красиво выложенная еда.

– Тогда, салат. Греческий. Что в него положили?

– Овощи. Огурцы, помидоры, сладкий перец, зелень.

– Берем. Суп-лапша куриный. Хорошо. Отбивная с картофелем. Хм. Еще кофе. Это все.

– Сейчас принесу. – Официант отошел.

– Хоть поедим по человечески. – Брюзжит Матвей. – Надоела мне твоя семга на ломте батона.

– Моя семга?! Совесть имей. Это ты ее возжелал. А твой Господь сдуру завез ее в сельмаг.

– Не ропщи. Ложкой бы тебе по лбу за бранные слова.

– Ладно, не станем браниться, Матвей.