Удаче ум не нужен

 – Сейчас двор постоялый или хутор сыщем, переночуем. К ночи бы поспеть.

На лице Кайроса отразилось беспокойство. Не след говорить, так пропасть может воин. Убереги Светлый!

– Так вы, дяденька воин, не ходите. – И в голосе боль, тревога. Чем будет он лучше, если не остановит воина. Ведамо ему, от волка знает.

– Что значит, не ходите? Куда не ходить? – Чудит мальчишка. Спать под открытым небом на сырой земле. Воин к этому готов, но на клочке соломы мягче спать.

– На хутор. – Страх в глазах Кайроса. Губы дрогнули.

Он стольких потерял. Деда, бабушку. И этого спутника в дороге может потерять. Светлый безразлично взирал с вершин на малых сих.

– А что там? Ты что парень? – Какая блажь вселилась в мальчишку. Спать в мягком стоге сена после хорошего ужина, что лучше.

– Сердце мое чует, не надо туда. Есть тут хуторок один. Вон там за леском должен быть. Здесь вокруг больше ничего нет. Слышал, не хорошо о нем говорят. – В груди Кайроса гулкий удар сердца. Так у него было, когда в деревне мужик с сарая упал.

Накануне. Упал и сломал шею. Не к добру.

Шли по дороге, вокруг жужжали насекомые, щебетали птицы. Край мира и благодати. И ласковый закат.

– Что говорят? – Арчик готов отмахнуться от слов паренька. Как сельская старуха, всюду чудится беда. Так это не для воина. Он не баба. Всякие предчувствия не его дело.

– Не знаю, только не следует туда ходить. У меня денежек то нет, я и так бы не пошел. А вы, вроде, хороший дяденька. Не надо бы вам туда. – Настаивал Кайрос.

Э, так вот в чем причина.

Нет денег. Так на постое на соломе и денег не возьмут. С паломников тоже не берут, а на ночь приют дают. Слава Светлому, люди сердцем не очерствели. Это в землях Темного иначе. Постучи кто в дом его отца среди ночи, так всегда найдется угол. Пусть приляжет путник. И пища найдется. Как отказать страждущему. На том мир людской держится, ты поможешь. Тебе благом откликнется.

– А что так? За малую монету нас приютят. Обоих. Не кручинься. – Арчик знал, что говорит. В их доме бывали проезжие.

Отец и мать не отказывали бедному люду, хоть сами жили небогато. Горстку зерна положить в похлебку, лишняя ложка сметаны на заправку. Пусть, хоть тайно, путник помянет за их столом умерших родственников. Это святой долг.

– Ну, пожалуйста. – В голосе Кайроса мольба. Слезы в глазах. Отчаяние.

Арчик посмотрел на паренька. Что ему, воину, ночь под звездами. Хороший мальчишка, но пугливый. Не оставлять же его одного. Пугливый больно. Это бывает с детьми.