Маньяк и тайна древнего русского клада

С первой девушкой он прошёл долгий путь от убогой машины – которую бросил недалеко от временного жилья молодого оперативника – а затем перепутал нам зачем-то всю предварительную картину, проложив натоптанную дорожку, ведшую от оставленного трупа и до самого его дома. Почему он так поступил? Ответить пока затруднительно; вероятно, где-то, Денис, ты в нехорошем смысле с ним пересёкся, и теперь он желает взять да и попросту тебе отомстить. Какие планы вынашивал изворотливый монстр сейчас? Покуда сказать не могу: надо дождаться авторитетных заключения и кинологов и эксперта, а тогда уже делать какие-то определённые выводы.

Как старый оперативник, предположу, что, судя по следам классических «Жигулей», которые виднеются на подъездах к лесопарковой зоне и которые оставлены не долее чем нынешней ночью, в коварных задумках маниакальный убийца изгаляется не слишком-то сильно.

Маститый офицер говорил сухо, грубо, цинично, констатируя лишь очевидные факты. Присутствовавшие сотрудники понемногу начинали привыкать к ужасным, истерзанным трупам, оставляемым бездушным губителем, – их жуткий вид не вызывал уже противоречивых чувств, неоднозначных эмоций, наполненных бессильным негодованием, отвратной неприязнью и сдержанным омерзением.

Все трое полицейских спокойно взирали на истерзанное женское тело, изучая его как искомый предмет, способный указать изначальный путь, ведущий к поимке безжалостного подонка-маньяка. Даже Карелину с его непримиримым упрямством возразить было нечего, и он молчаливо стоял, размышляя о чём-то насущном. Через десять минут, в силу занудной натуры и решив придерживаться занятой позиции до чьего-нибудь полного краха, он выразил её и грубоватым, и недовольным бурчанием:

– Всё равно никто меня не разубедит, что новый труп не подкинул тайный сообщник Градова. Увидев, что он попался, второй подельник решил сделать «ход конём» и отвести от первого соучастника первоначальное подозрение – вот вы все и «купились», и теперь идёте на поводу у хитро выделанных преступников. Молодцы! Дали им превосходный повод над вами хорошенечко посмеяться.

Высказанная фраза считалась поистине глупой, но Герман Петрович либо, и правда, ничегошеньки не осмыслил, либо отчаянно делал вид, что и сам верит в ту несусветную ересь, какую бессмысленно теперь преподносит. Устав его хоть в чём-то разубеждать, Бесстрашный оставил несуразное замечание без добросовестного внимания, тем более что подъехала оперативная группа, и всем пришлось включиться в прямую работу.