Попасть в кошку

– Пока, – сказал Араан, крепко меня обняв, и нарочито громко поцеловав в щёку.

– Брат! – отсалютовал он Ваалу, отпуская меня и не оглянувшись, вышел за дверь.

Дверь закрылась, я ощутила себя беспомощной, беззащитной и раздетой… под пристальным влажным взглядом Ваала. Его глаза, такие же, как у отца и Араана серебристые, но в них не было ни капли тепла, сочувствия или на худой конец нежных чувств, раз он заявил о своих правах на меня.

– Чем обязана? – холодно поинтересовалась я, демонстративно опускаясь на единственный в комнате пуф.

Ваал перевел взгляд, сканируя пространство в поисках места присесть. Наткнулся на кровать со скомканным покрывалом, на секунду нахмурился, скривился, втянул носом воздух и отошёл к окну, где недавно стоял другой брат.

– Хотел попросить тебя отказаться от свадьбы с наследником южного клана и принять моё предложение, – медленно выговорил он, словно каждое слово давалось ему ценой неимоверных усилий.

– Разве было какое-то предложение? – я принялась перебирать многочисленные флакончики на столике, чтобы занять руки не выдать их дрожь, – я не заметила.

– Хорошо, хочешь официального заявления? Я готов его устроить.

Я хотела совершенно не этого, поэтому попыталась смягчить свой тон:

– Зачем тебе это всё?

– Зачем официальное заявление?

– Нет, зачем тебе я? Мы росли с тобой вместе, ты знаешь меня с пеленок, я всю жизнь считаю тебя старшим братом, родным, а не … а не только по отцу. Ты всегда называл Наоми матерью, а теперь…, что с тобой случилось теперь? Я не узнаю своего старшего брата, – мой голос предательски дрогнул, будто это все действительно пережила я сама, а не предыдущая владелица тела.

– Тебя выбрал мой зверь, – неохотно отозвался Ваал и, в его глазах я впервые увидела что-то человеческое. Боль? Смятение? Жалость?

– Ты уверен? Он не мог ошибиться?

– Я был бы этому рад, но нет, он считает тебя избранной.

– А ты? Что думаешь ты?

– Я не могу противиться зверю, он моя часть, моя половина общей души, мне стоит неимоверных усилий сдерживать его, но он непреклонен, ему нужна только ты.

– Ты же не любишь меня! – по моему телу прошла судорога боли и обиды, – так не честно!

– Я в тебе до сих пор не видел женщину, ты была для меня всегда маленькой сестренкой-глупышкой, – улыбка на секунду тронула уголки его точеных губ, – но ты вернулась другая, твой запах изменился, мой зверь встал в стойку… Прости, но я не могу ничего с ним сделать.